-- Здорово, тетушка! отвѣтилъ я на ея печальное привѣтствіе. Она едва наклонила голову и вскользь взглянула на меня.
-- А чтожь ты со всѣми ребятками этими не поѣхалъ по желѣзной дорогѣ, либо съ какимъ попутнымъ извощикомъ?..
-- Какъ бы не поѣхать, милый баринъ, съ попутнымъ-то вощикомъ? Оно и стоитъ немного, сказалъ онъ какъ-то смущенно, глядя на меня.-- Да что подѣлаешь! Коли Богъ поможетъ, работу хорошую найдемъ, такъ не горюйте, ребятенки, прибавилъ онъ, обернувшись къ сыновьямъ:-- назадъ домой, можетъ, и поѣдемъ съ попутнымъ.
-- По правдѣ-то сказать, обратился онъ снова ко мнѣ:-- мнѣ бы охота ихъ всѣхъ дома оставить, да оставить-то не съ чѣмъ, сударь. Какъ есть не съ чѣмъ. Муки-то и малости не осталось; и до половины зимы не дотянули бы!
-- А въ дорогѣ-то какъ же вы кормитесь?
-- Изворачиваемся -- такъ надо говорить. Иной разъ по деревнѣ идемъ, у мужичковъ именемъ Христовымъ попросишь. Справедливо надо говорить: рѣдко кто не пуститъ въ избу къ себѣ переночевать. А не то, иной разъ, и кусочекъ ребяткамъ сунетъ. Вонъ у ней тамъ орѣхи -- онъ показалъ на корзинку жены -- а у меня каштаны; вотъ оно, коли -- чего Боже избави -- нигдѣ не придется задержаться, намъ этой провизіи чуть что не до самаго мѣста хватитъ.
Взглянулъ я на эту женщину, на этотъ мѣшокъ, на эти пять измученныхъ человѣческихъ лицъ и сама рука у меня за кошелькомъ въ карманъ полѣзла. Вынулъ я оттуда что могъ -- немного, потому что немного у меня и водится, а на себя много выходитъ -- вынулъ и, подойдя къ старшему мальчику, далъ ему ассигнацію украдкой, чтобы отецъ не видалъ. Мальчуганъ боязливо поглядѣлъ на меня, поглядѣлъ на бумажку, попавшую ему въ руку, и потомъ крикнулъ отцу:
-- Тятя, а тятя! Глянь-ко, что мнѣ баринъ далъ! что это такое? А?
-- А ты скажи барину: Богъ тебя наградитъ! скажи: Богъ наградитъ!
Я поспѣшилъ удалиться. Мать крикнула мнѣ въ догонку: спаси тебя, Господи!