A Finleg nutus peressit cum Machabeda
Vulnere lethali: rex apod Elgin obit.
(Johannis de Fordun Scotichronicon cum supplementis et continualione Walteri Boweri, insulae Sancti Colombae Abbatis. Vol. I. Edinburgi. MDCCLII)} Въ реестрѣ пріорства святаго Андрея, сказано тоже самое, только другими словами: "interfeclus est". Въ лѣтописи Тейгернака сказано: "trucidai us est". Wynloun, поэтъ, о которомъ мм уже упоминали, знаменитый въ свое время, но не заслуживающій этой знаменитости, говоритъ объ этомъ также съ достойною Квинтиліана краткостью:
"Не murthrified him іn Elgyne,
His Kynrik he usurped syne,"
Причина этой краткости заключается въ томъ, что хроники были написаны спустя три или четыре столѣтія послѣ этого происшествія, и потому оно не могло сохраняться съ подробностями. Историки должны объяснить намъ нѣсколько это событіе, и потому обратимся къ нимъ. Іоаннъ Аеслей, который уже нѣсколько разъ служилъ намъ пособіемъ, въ этомъ случаѣ не совсѣмъ удовлетворителенъ. Вотъ что говоритъ онъ объ убійствѣ Дункана въ своемъ сочиненіи: "De origine тоribus et rebus gestis Scolorum": Verum spirilus ita Machabaeo inflavit inanis quædam gloria, animumque vesana quædam dominandi libido distrinxit, ut (uxore ilium mediculosum spe felicis erentus excitante) Duncanum sanetissimum Regem (qui ilium tanto honore ornarat) impiissime trucidant, anno ejus regni sexto. Duo ejus filii, Malcolm us Canmoir, ae Donaldus, maximum ex palerna caede timorem coneipientes, fuga sibl prudentissime consuluerunt". Пропустивъ другихъ историковъ, показанія которыхъ также неудовлетворительны, обратимся къ Георгу Бухавану, какъ къ самому подробному и достовѣрному, тѣмъ болѣе, что его разсказъ объяснитъ намъ, что подало Шекспиру мысль вывести за сцену въ началѣ трагедія трехъ вѣдьмъ, и покажетъ, что даже и въ этомъ случаѣ Шекспиръ поступилъ не совсѣмъ произвольно, а имѣлъ историческое основаніе. Бухананъ говоритъ, что Макбетъ, чувствовавшій всегда отвращеніе къ бездѣйствію и вялости короля, и имѣвшій тайную надежду занять его мѣсто, былъ одобренъ въ своихъ честолюбныхъ замыслахъ слѣдующимъ сновидѣніемъ: онъ видѣлъ трехъ женщинъ величественной и поразительной красоты. Первая изъ нихъ привѣтствовала его такомъ Ангуса, вторая такомъ Муррая: а третья королемъ Шотландіи. Мучимый желаніемъ и надеждой, онъ былъ ободренъ этимъ сномъ, и ждалъ его исполненія. Побуждаемый своею женою къ скорѣйшему достиженію предсказаній, онъ сообщилъ свои измѣренія нѣкоторымъ изъ своихъ друзей и въ томъ числѣ Банко. Случай ему скоро представился. При проѣздѣ Дункана чрезъ Иннермесъ, онъ убилъ его и, собравъ войско, отправился коронованье въ Скону. Сыновья Дункана, пораженные неожиданнымъ несчастіемъ и видя на престолѣ убійцу своего отца, спаслись бѣгствомъ: Малькольмъ убѣжалъ въ Кумберлендъ, а Дональдъ къ союзникамъ своего отца, на острова Эбудскіе. Шекспиръ позволилъ себѣ только исключить Банко отъ всякаго участія въ убійствѣ Дункана, вѣроятно, изъ угодливости Якову-Первому, потомку Банко. Послѣ этого разсказа, кажется, не можетъ быть никакого сомнѣнія въ томъ, что Шекспиръ въ своей трагедіи строго слѣдовалъ историческому факту. Для подтвержденія сказаннаго нами, будемъ продолжать доказательства, и для этого возьмемъ три остальные эпизода трагедіи: убійство Банко, бѣгство Макдуффа и убіеніе его семейства и движеніе бирнамскаго лѣса.
Первою жертвою жестокости Макбета былъ Банко, его участникъ въ убіеніи Дункана. Макбета смущала молва о томъ, что Банко имѣлъ предсказаніе, что его потомки будутъ на престолѣ. Зная, что Банко человѣкъ дѣятельный и властолюбивый, и опасаясь, чтобы онъ не послѣдовалъ поданному имъ примѣру, Макбетъ рѣшился погубить его, и употребилъ для этого слѣдующую хитрость: онъ пригласилъ его съ сыномъ къ ужину, и далъ приказаніе убить его на возвратномъ пути. Сынъ Банко, Фліансъ (у Бухэнана Fleanchus), не замѣченный въ темнотѣ, успѣлъ спастись, и узнавъ отъ своихъ друзей объ убійствѣ отца, тайно бѣжалъ въ Валлисъ. Это жестокое и вѣроломное убійство до такой степени привело въ ужасъ дворянъ, что всѣ они отправились въ свои помѣстья, н только нѣкоторые изъ нихъ, н та весьма рѣдко пріѣзжали ко двору. Такимъ-образомъ взаимный страхъ и ненависть поселились между королемъ и дворянствомъ. Не видя способовъ примириться, онъ перешелъ къ явной жестокости. Богатые и бѣдные, за самыя легкія, иногда даже подозрѣваемыя только преступленія, наказывались смертью. Конфискованныя имущества ихъ служили средствомъ къ содержанію толпы негодяевъ. При всемъ этомъ, не считая себя вполнѣ безопаснымъ, ему вздумалось выстроить замокъ на вершинѣ холма донсинанскаго, съ котораго былъ открытый видъ на открытое пространство кругомъ. Такъ-какъ постройка шла тихо по причинѣ затруднительной подвозки матеріаловъ, то Макбетъ приказалъ всѣмъ танамъ королевства , лично наблюдать за работами. Въ это время Макдуффъ, человѣкъ весьма сильный по вліянію, былъ таномъ Файфа. Не желая попасться въ руки короля, онъ не явился самъ, а послалъ туда работниковъ, и надзоръ за ними поручилъ нѣкоторымъ изъ друзей. Король, изъ желанія ли видѣть работы, или для того, чтобъ придраться къ Макдуффу, котораго онъ боялся, приходитъ на мѣсто постройки, и видя что волы Макдуффа не въ состояніи втащитъ на гору навьюченной на нихъ тяжести, говоритъ, что ему уже давно извѣстенъ непокорный нравъ Макдуффа, что онъ рѣшился его наказать, и для примѣра другимъ угрожалъ запречь его самаго, вмѣсто быковъ. Макдуффъ, услыхавъ объ этомъ, поручилъ женѣ пещись о семействѣ, а самъ немедленно сѣлъ на корабль и отправился въ Англію. Король, узнавъ о его намѣреніи бѣжать, поспѣшилъ въ Файфъ съ сильнымъ отрядомъ войска, но не заставъ его, вошелъ въ замокъ, и Макдуффъ излилъ несъ свой гнѣвъ на жену и дѣтей. Имѣніе было конфисковано, онъ былъ объявленъ Измѣнникомъ, и наказаніе угрожало всякому, кто имѣлъ какія-нибудь съ нимъ сношенія. Макдуффъ, пріѣхавъ въ Англію, встрѣтилъ тамъ Малькольма, который самымъ почетнымъ образомъ былъ принятъ королемъ Эдуардомъ. Макдуффъ говоритъ Малькольму, что пора уже свергнуть похитителя и освободить отечество отъ его тиранства. Въ этомъ эпизодѣ вѣрность Шекспира исторіи просто поразительна. У Буханана цѣликомъ находимъ разговоръ Макдуффа съ Малькольмомъ, описанный Шекспиромъ въ третьей сценѣ четвертаго дѣйствія. Нѣтъ сомнѣнія что Шекспиръ заимствовалъ факты для своей трагедіи изъ того же самаго источника. Это достаточно доказываетъ разговоръ Макдуффа и Малькольма, который слово въ слово находится въ исторіи Буханана. Доказательство это будетъ еще яснѣе, если вспомнимъ, что Георгъ Бухананъ родился только 58 лѣтъ раньше Шекспира; именно Бухананъ родился 1 февраля 1506 года, а Шекспиръ 23 апрѣля 1564. Макбетъ написанъ около 1606 года, и потому весьма вѣроятно, что Шекспиръ воспользовался только-что написанною и можетъ-быть въ то время единственною исторіею {Въ Scotichronicon Johannis Fordun cum supplements et continuatione Walteri Boweri, insulae saneti Columbae Abbatis. Vol. I. Edinburgh MDCCLII (1752) также находятся этотъ разговоръ, и такъ подробно, что ему посвящены первыя четыре главы пятой книги этого сочиненія. Вотъ ихъ заглавія:
Cap. I. De Macduff suadente Malcolmo Canmore reditum ad regaia et ejos prima temptatione.
Cap. II. De variis exempts per Matcolmum positis, quod multi reges propter loxuriam amiserunt regna.
Cap. III. De responsis Macduff poneotis exemptant Octaviani loxariesi et tamen feneissimi.