Бейль замолчалъ, погрузившись въ глубокое, тяжелое раздумье.
-- Послушай, Августъ, сказалъ онъ наконецъ тихо, безъ всякаго оттѣнка всегдашней насмѣшки въ голосѣ: -- я хотѣлъ уйдти отсюда завтра поутру; но теперь чувствую, что не могу ночевать съ нею и съ нимъ подъ одною кровлею. Я сейчасъ ухожу отсюда.
-- Куда жь вы пойдете въ такую темную ночь?
-- Не безпокойся: я найду себѣ убѣжище отъ всякихъ непріятностей.
-- Да не-уже-ли въ-самомъ-дѣлѣ вы уйдете сейчасъ? Вѣдь ужь ночь и, посмотрите, какая темная.
-- Нужды нѣтъ. Отправляюсь я безъ долгихъ сборовъ, какъ видишь. Богатства мои остаются здѣсь: наслѣдуй ихъ, птенецъ. Жаль только, что наслѣдство неслишкомъ-велико: двѣ пары старыхъ сапоговъ да поношеное бѣлье. Были у меня часы, да заложены; если наберешь денегъ, выкупи ихъ; а вотъ, пожалуйста, передай сестрѣ -- пусть носитъ на намять обо мнѣ. Ну, прости же, мой милый. Вѣдь я тебя въ-самомъ-дѣлѣ любилъ: ты похожъ на нее. Обними меня, поцалуй и прости.
Онъ поцаловалъ въ лобъ мальчика, испуганнаго странными его словами, и пошелъ внизъ по лѣстницѣ.
Все въ домѣ было тихо. Но едва дошелъ Бейль до половины лѣстницы, какъ остановился и прижался къ стѣнѣ, увидѣвъ свѣтъ въ корридорѣ нижняго этажа. Блафферъ, съ свѣчою въ рукахъ, возвращался въ свою комнату. Его длинное худощавое лицо улыбалось. Когда дверь комнаты, въ которой была спальня книгопродавца, затворилась за нимъ, Бейль осторожно сошелъ внизъ и неслышными шагами пробрался къ комнатѣ, изъ которой вышелъ хозяинъ: туда, какъ зналъ Бейль, была переведена Мари, сестра Августа. Дѣвушка сидѣла и плакала, закрывъ лицо руками.
-- Такъ, я зналъ, что вы здѣсь, тихо сказалъ Бейль.
-- Не упрекайте меня, рыдая сказала она.