Ныньче даютъ балетъ въ четырехъ дѣйствіяхъ и двѣнадцати картинахъ, съ раздирающими страданіями любовниковъ и большимъ количествомъ патетизма, нежели смысла. Одна изъ чувствительнѣйшихъ сценъ, очень-трудная, должна быть еще разъ репетирована. Дѣло въ томъ, что женихъ, баронъ, графъ или герцогъ, въ первомъ дѣйствіи являющійся добрымъ малымъ, хотя его страшно-нафабренные усы и служатъ яснымъ предзнаменованіемъ, что онъ развернется яростнымъ тигромъ -- этотъ женихъ, какъ заведено въ балетахъ, по-несчастью, застаетъ у своей невѣсты влюбленнаго въ нее юношу. Тутъ-то начинаются ужасы: женихъ сначала останавливается, какъ пораженный громомъ; потомъ, съ яростнымъ взглядомъ, почти не шевеля ногами, перелетаетъ на противоположную сторону сцены. Астольфо, то есть влюбленный юноша, выхватываетъ мечъ; двадцать танцовщицъ (свита невѣсты) единодушно дрожатъ и отскакиваютъ и снова подбѣгаютъ; свита жениха надменно издѣвается надъ Астольфо; наконецъ невѣста, лежавшая безъ чувствъ, вскакиваетъ, какъ на пружинахъ, ловитъ руку своего Астольфо и передъ глазами изумленнаго жениха принимается вытанцовать съ нимъ pas de-deux, которымъ ясно показываетъ, что вотъ-де самый этотъ Астольфо съ дѣтства былъ предметомъ моей страстной любви, и что я-де не измѣню ему, хоть пилите меня пополамъ, а за тебя, баронъ или герцогъ, не пойду, не пойду и не пойду -- вотъ тебѣ и все!
Эту сцену наскоро репетировали передъ спектаклемъ, и первый танцоръ, за отсутствіемъ балетмейстера исполнявшій его должность, вздумалъ осмотрѣть, хорошо ли и правильно ли одѣты кор-де-балетныя танцовщицы. Инымъ эта ревизія со стороны красиваго молодаго человѣка была пріятна, другія оборачивались спиною, когда онъ подходилъ къ нимъ, третьи спокойно продолжали разговаривать между собою, нисколько не конфузясь его пытливыми взглядами.
-- Гдѣ мамзель Клара? сказалъ онъ, не замѣчая, что она стояла недалеко отъ него, за декораціею, изображавшею садъ.-- Гдѣ мамзель Клара? повторилъ онъ громко:-- прошу ее подойдти сюда.
Ослушаться было невозможно и дѣвушка съ неудовольствіемъ вышла на слабо-освѣщенную сцену, гдѣ оставался уже только одинъ первый танцоръ.
-- Странно, сказалъ онъ съ гадкою улыбкою: -- что васъ всегда надобно звать но нѣскольку разъ. Вамъ было бы лучше, прибавилъ онъ, понизивъ голосъ: -- слушаться моихъ словъ съ перваго раза.
-- Что вамъ угодно? боязливо спросила Клара.
-- Пока я желаю очень-немногаго. Вы танцуете въ переднемъ ряду и отчасти со мною: мнѣ нужно взглянуть, какъ вы одѣты; потомъ сдѣлаемъ репетицію нашихъ па.
-- Я одѣта хорошо, отвѣчала дѣвушка, отступая назадъ.
-- Не широки ли вамъ башмаки? Хорошо ли сидитъ на васъ трико? Я не хочу, чтобъ оно давало складки. Позвольте-ко взглянуть; идите же сюда.
Дѣвушка стояла неподвижно. И еслибъ на сценѣ было свѣтло, видно было бы, какъ выступилъ румянецъ на ея щекахъ сквозь бѣлила.