-- Что ты, maman? Никогда въ жизни. Я жду принца, да это ничего, я васъ познакомлю. Онъ очень радъ будетъ.
-- Принца?
-- Да, настоящаго, въ-самомъ-дѣлишнаго, а не въ-нарочку... принца царствующей династіи и очень близкаго къ трону. Вчера онъ мнѣ сказалъ: "Между мною и трономъ только два человѣка". Онъ сейчасъ пріѣдетъ. Сама увидишь, какой онъ милый и славный малый. А пока не съиграемъ мы въ безигъ?
Мы съиграли три партіи, начали четвертую; вдругъ отворяется дверь, входитъ лакей, весь въ черномъ, въ короткихъ панталонахъ, въ шелковыхъ чулкахъ, и докладываетъ: "Его высочество". Да, моя дорогая, вотъ, вѣдь, какъ у моей Полины! И что бы тамъ ни толковали, а материнское сердце, все-таки, радуется!... Входитъ его высочество... настоящій-то мальчишка, розовенькій, бѣленькій, двадцати лѣтъ нѣтъ...
-- Ваше высочество, моя maman...-- говоритъ Полина.
И скажу вамъ, правда ея, премилый, преблаговоспитанный мальчикъ... Видала я принцевъ и прежде; дочери же знакомили еще во времена Оперы; случалось и ужинать съ ними... Вы, вѣдь, знаете, я строго держалась правила не покидать моихъ дочерей до послѣдней минуты... И всегда я замѣчала, что мое присутствіе не доставляло никакого удовольствія всѣмъ этимъ принцамъ: по ихъ гримасѣ видѣла, что они бы предпочли обойтись безъ мамаши. А этотъ даже не поморщился. Прелесть! Поклонился, какъ слѣдуетъ раскланяться съ дамой, кто бы она ни была, и сказалъ:
-- Очень радъ познакомиться съ милѣйшею мадамъ Кардиналь!
А я и думаю про себя: "ну, этотъ не на шутку влюбленъ въ Полину, если такъ приличенъ со мною". Видите ли, въ теченіе всей моей материнской карьеры я замѣчала, что всегда можно разсчитать степень любви къ дочерямъ по большей или меньшей почтительности къ ихъ матери. Мнѣ не разъ приходилось говорить Виржини:
-- Берегись, дитя мое, не довѣряй этому господину; его любовь не настоящая. Онъ не достаточно хорошъ съ твоею матерью.
Принцъ былъ очень хорошъ, лучше желать нельзя. Онъ сказалъ: