-- Конечно! Он просит вас отправиться со мной в Колиньяк, чтобы передать ему документ, который он дал вам на хранение. Собственно говоря, я хотел вас спросить, можете ли вы завтра утром собраться в путь?
-- Завтра утром? Что вы, разве могу я бросить моих прихожан? Притом, -- прибавил священник, снова просматривая письмо, в то время как Бен-Жоэль энергично принялся за только что приготовленный для него ужин, -- притом, следуя указаниям Сирано, я вижу, что он хочет выехать из Парижа лишь спустя четыре дня после вашего отъезда. Вполне достаточно, если мы приедем одновременно с ним, стало быть, у нас есть два свободных дня, в продолжение которых вы можете немного отдохнуть.
Подобный план не особенно улыбался Бен-Жоелю: он каждую минуту боялся погони и хотел как можно скорее завершить это дело.
-- Как вам угодно, я вполне подчиняюсь вашим распоряжениям! -- скромно ответил он.
Говоря это, цыган надеялся хитростью или силой овладеть документом, о важности которого он не находил нужным сообщить своему гостеприимному хозяину.
В тот самый момент, когда Бен-Жоэль и Жак, весело болтая, сидели за столом, в Сен-Сернин поспешно прискакал настоящий Кастильян.
Необходимо вернуться назад, чтобы описать путешествие увлекающегося молодого человека. Ничего особенного, достойного описания, не случилось с ним вплоть до Фонтеня, куда он прибыл с той же досадой на себя и с той же жаждой мести Бен-Жоелю, какие овладели им в первую минуту пробуждения после ужина.
В Фонтене же его ожидала новая неожиданность. В то время когда он в вечернем сумраке въезжал на единственную улицу деревни, из тени появилась какая-то фигура и подошла к всаднику.
Сюльпис с трудом рассмотрел маленького деревенского парня с выбившимися из-под шапки длинными полосами.
-- Эй, чего тебе? -- окликнул он мальчишку, схватившего его лошадь под уздцы.