Было время рекреаціи и манахини гуляли съ своими ученицами въ саду. Чувствуя себя совершенно дома въ этомъ мирномъ уголкѣ, Тереза вскорѣ приняла участіе въ играхъ дѣтей, и отецъ, прійдя за нею почти не узналъ ее: такъ она раскраснѣлась и повеселѣла.
-- Я думаю, что ты рождена быть монахиней. Тестелла, замѣтилъ онъ:-- напрасно ты вышла изъ монастыря.
Настоятельница глубоко вздохнула; она искренно раздѣляла это мнѣніе и потому шутка Маротти ей очень не понравилась.
-- Вы такъ же что-то просіяли, батюшка, сказала Тереза по дорогѣ домой.
-- Да, голубушка. Кажется, вскорѣ настанетъ для насъ счастливое время. Помнишь, какое довѣрье къ себѣ вселилъ въ насъ таинственный незнакомецъ. Ну, мы не ошиблись въ немъ и Пьетро ему вѣритъ.
VI.
Прошло двѣ недѣли. Дни стали длиннѣе и рожь быстро шла въ ростъ. Матакіоне начиналъ оправляться отъ своего горя, но Травателло становился все мрачнѣе и мрачнѣе, несмотря на теплое сочувствіе, оказанное ему деревенскими красавицами, многія изъ которыхъ охотно утѣшили бы его, занявъ мѣсто старой Санты. Синдикъ съ каждымъ днемъ становился все худшимъ и худшимъ тираномъ, такъ что при его приближеніи женщины дрожали, дѣти плакали, а мужчины сжимали кулаки, и бормотали проклятья, конечно, такъ, чтобъ онъ не видѣлъ и не слышалъ.
При такомъ положеніи вещей въ Монте-Бригиду явился въ одно прекрасное утро новый незнакомецъ, болѣе внушительнаго вида, чѣмъ первый. Это былъ человѣкъ высокаго роста, съ гордой осанкой, очевидно привыкшій повелѣвать. По общему мнѣнію, онъ былъ, по крайней мѣрѣ, князь. Первымъ его дѣломъ по прибытьи въ селенье было нанять комнату въ упраздненномъ монастырѣ; потомъ онъ купилъ лучшую постель и самую покойную мебель, какія можно было найти въ Монте-Бригидѣ и устроился съ торговцами въ Оливето, чтобъ ему постоянно присылали провизію, такъ какъ онъ не довольствовался курами и окороками, которыхъ покупалъ у поселянъ, не торгуясь.
Очевидно было, что этотъ знатный и богатый господинъ намѣревался долго пробыть въ уединенномъ селеньи, но съ какой цѣлью? Сельскія кумушки никакъ не могли разгадать этой тайны, но говорили о прибытіи незнакомца съ тяжелыми вздохами, предчувствуя, что это не къ добру.
На слѣдующее утро послѣ своего появленія въ Монте-Бригидѣ, незнакомецъ пошелъ въ муниципальное зданіе, гдѣ засѣдала джіунта, или совѣтъ, состоявшій изъ синдика и четырехъ ассессоровъ. Всѣ они сидѣли въ креслахъ, обитыхъ красной кожей, вокругъ стола, покрытаго зеленымъ сукномъ, на которомъ валялось много бумагъ. Секретарь писалъ, а синдикъ съ большимъ достоинствомъ занималъ среднее, предсѣдательское кресло.