-- Мой друг, Анаксагор, -- продолжал Сократ, -- назвал любовную страсть болезнью, я не знаю только она обыкновенная ли болезнь, которую можно лечить лекарствами, или же это нечто божественное, вроде вдохновения поэта, или исступления дельфийских жриц? Я знаю, что бог любви должен иметь фигуру мальчика с крыльями, но как представить его: серьезным, или веселым! Я желал бы это знать, Аспазия, желал бы знать как представила бы ты любовь, если бы была одним из учеников Фидия?

-- Я совсем не стала бы стараться представить ее, -- сказала Аспазия, -- любовь есть чувство, а чувство не имеет образа. Как хочешь ты изобразить то, что не имеет тела? Представь вместо любви то, что возбуждает любовь, что достойно любви -- прекрасное, так как оно имеет образ, оно видимое и доступное всем чувство. Тут тебе не придется много думать и обращаться к людям с вопросами, а стоит просто изобразить то, что на твой взгляд покажется всего прекраснее.

Сократ подумал несколько секунд и сказал:

-- Ничто не может быть справедливее твоих слов, Аспазия, я оставлю Эрота и постараюсь изобразить Харит. Афродита конечно прекрасна, она не только богиня красоты, она еще богиня любви, в Харитах же любовь еще более чиста. Итак, я изображу Харит и поднесу их в подарок богине Фидия. Но как прежде любовь, так теперь -- прекрасное, чтобы изобразить его я должен исследовать со всех сторон.

-- Если ты хочешь видеть самое прекрасное на свете, любезный Сократ, -- сказал, улыбаясь, Алкаменес, -- то я могу дать тебе совет: постарайся увидать прелестную коринфянку, о которой ты говорил танцующею.

-- Коринфянку Теодоту? -- спросил Сократ, -- я много раз слышал о грациозности ее танцев, -- но кто же доставит нам удовольствие наслаждаться коринфской танцовщицей -- не ты ли, Алкаменес, ее первый поклонник?

-- Почему бы и нет, -- отвечал Алкаменес, -- я с большим удовольствием предоставлю вам случай видеть очаровательнейшую женщину на свете.

Прелестная танцовщица, гетера Теодота приехала из Коринфа в Афины по милости Алкаменеса: когда Алкаменес понял, что должен отказаться от обладания Аспазией, в чем сначала был почти уверен, он был сильно раздражен на милезианку. Но он был слишком молод, слишком весел, слишком легкомыслен, чтобы эта потеря могла отравить ему существование. Он хотел только как-нибудь отомстить Аспазии и заменить одну любовницу другою.

Один богатый коринфянин заказал ему небольшую мраморную статую. Алкаменес исполнил заказ и отослал оконченное произведение в Коринф. Заказчик был так очарован прелестью работы, что написал Алкаменесу, что он может требовать от него какого угодно вознаграждения, что готов исполнить всякое его желание. В ответ юный художник написал коринфянину следующее:

"Всем известно, что вы, в вашем роскошном Коринфе, с давних времен обладаете прекраснейшими подругами, какие только существуют в Элладе и так как ты пишешь, что готов за мою статую исполнить всякое мое желание, то я прошу тебя прислать мне, за твой счет, на месяц, в Афины вашу первую красавицу, чтобы в течение этого месяца она служила мне моделью".