Молчаніе.
-- Ты вѣдь самъ понимаешь,-- снова началъ Маккъ,-- я могъ послать Арна Сушильщика въ Бергенъ; сдать грузъ не велика важность. Но я не могу поручить ему закупку груза для трехъ судовъ. На это нужно человѣка съ головой.
-- Ну, разъ онъ годился съѣздить въ Бергенъ...-- возразилъ Бенони.
-- Прежде всего,-- продолжалъ Маккъ,-- тутъ отвѣтственность. У Арна Сушильщика ничего за душой. А тебѣ я могу довѣрить какія угодно тысячи. Ты человѣкъ съ обезпеченіемъ.
Бенони было несказанно пріятно услышать отъ Макка такія слова послѣ всѣхъ тѣхъ сплетенъ о банкротствѣ, отъ которыхъ онъ столько натерпѣлся. И онъ отвѣтилъ:
-- Не всѣ такъ разсуждаютъ, какъ вы. Я теперь человѣкъ неимущій, даже не внесенъ въ списокъ плательщиковъ.
-- Счастливецъ! Нѣтъ имущества, нѣтъ доходовъ и -- нѣтъ налоговъ!.. А Вилласъ Пристанной и Оле Человѣчекъ поѣдутъ на яхтахъ, какъ въ прошломъ году. Ты же, вѣрно, возьмешь съ собой на Фунтусѣ Свена Дозорнаго?
Врожденное чувство повиновенія и въѣвшееся съ годами почтеніе къ Макку Сирилундскому, ворочавшему всѣмъ и всѣми на много миль кругомъ, помѣшали Бенони наотрѣзъ отказаться. Кромѣ того, онъ зналъ, что одному только Макку подъ силу возстановить общее довѣріе къ нему, Бенони. И онъ сказалъ:
-- Смѣй я только думать, что могу постоять за себя...
-- Въ прошломъ году ты могъ.