Бенони собрался-таки зайти къ Розѣ передъ самымъ отъѣздомъ, но у него было еще столько хлопотъ и заботъ, что онъ успѣлъ только наскоро проститься съ ней и пообѣщать вѣрность до гроба. По дорогѣ онъ еще разъ обернулся и крикнулъ, что непремѣнно купитъ ей кольцо и крестикъ. Потомъ онъ отплылъ изъ гавани, а Роза стояла у окна въ Сирилундѣ и глядѣла ему вслѣдъ. Но черезъ полчаса со шкуны было видно уже только что-то въ родѣ развѣшанной на окошкѣ матеріи вмѣсто человѣка.
У Макка въ Сирилундѣ ничего новаго не случалось, но у кистера Аренцена въ одинъ прекрасный день, въ февралѣ, оказалась новость -- вернулся сынокъ, законникъ. Выучился, наконецъ. У молодого Аренцена были бѣлыя руки и ни единаго волоска на маковкѣ,-- сразу видно было, что много учился. Зато люди и относились къ нему съ большимъ почтеніемъ. Дома ему отвели отдѣльную комнату да еще контору, и онъ готовился повернуть тутъ дѣла по-новому. Теперь никому не придется терпѣть несправедливость годами; всякій сразу можетъ добиться своихъ правъ. О, тутъ, навѣрно, предстояло дѣла не мало,-- старый ленеманъ правилъ больно круто.
И старику кистеру съ женой пришла пора отдохнуть. Не мало они потрудились и побились на своемъ вѣку. Всѣ шестеро старшихъ дѣтей вмѣстѣ не обошлись имъ столько, какъ одинъ этотъ седьмой и младшій сынокъ Николай, солнышко семьи, законникъ. Какъ они бились ради него, какъ во всемъ себѣ отказывали, и въ ѣдѣ и въ одеждѣ, откладывая для него каждый грошъ! И даже занимали деньги, закладывали свое добро. Теперь сынокъ вернулся и за все имъ заплатитъ. На дверяхъ конторы появилась дощечка съ его именемъ и обозначеніемъ часовъ, когда его можно застать.
Пока же молодой Аренценъ ходилъ навѣщать сосѣдей, чтобы не показаться гордецомъ.
Посѣщенія его доставляли не малое развлеченіе; онъ былъ такой добродушный, легкомысленный, болталъ, смѣшилъ. У церкви онъ тоже вступалъ въ разговоры и заводилъ себѣ знакомства. Но въ это время года изъ взрослыхъ людей оставались въ приходѣ однѣ женщины, такъ что къ нему въ контору никто еще не заглядывалъ. Вотъ придетъ весна, рыбаки вернутся,-- тогда и дѣла пойдутъ. До тѣхъ же поръ весь приходъ сидѣлъ вдобавокъ безъ денегъ.
Однажды молодой Аренценъ забрелъ и въ Сирилундъ. Онъ, не торопясь, обошелъ дворъ, постоялъ и посмотрѣлъ на голубей, насвистывая имъ какіе-то мотивы. Было это передъ самыми окнами дома, такъ что Маккъ и Роза имѣли время понаблюдать за нимъ. Затѣмъ онъ вошелъ въ домъ, а шляпу снялъ уже въ самой горницѣ,-- онъ вѣдь былъ плѣшивый.
-- Добро пожаловать въ родные края ученымъ и все такое...-- привѣтствовалъ его Маккъ и вообще обошелся съ нимъ ласково, отечески называя Николаемъ.
Поговорили о томъ, о семъ.Роза, когда-то слывшая невѣстою Аренцена, была тутъ, но онъ не напускалъ на себя по этому случаю никакой торжественности, а былъ по своему обычаю веселъ и разговорчивъ. Маккъ заговорилъ о его видахъ на будущее, но онъ отвѣтилъ, что пока не имѣетъ въ виду ничего другого, какъ сидѣть дома да поджидать бѣшеныхъ людей. -- Люди вѣдь обязаны затѣвать ссоры и приходить ко мнѣ мириться,-- сказалъ онъ.
Роза хорошо его знала и посмѣивалась на его рѣчи, хотя и была задѣта тѣмъ, что ея помолвка не настроила его на болѣе серьезный ладъ.
-- Но вѣдь это ужасно,-- ты сталъ совсѣмъ плѣшивымъ! -- сказалъ Маккъ.