-- Совсѣмъ? -- невозмутимо отозвался молодой Аренценъ.-- Отнюдь нѣтъ.
Но Роза уже видѣла его плѣшивымъ раньше, и для нея это было не ново. Увы, за эти годы она находила въ немъ все больше и больше перемѣны каждый разъ, какъ ѣздила туда, на югъ. И съ каждымъ разомъ онъ становился все большимъ и большимъ кривлякой, легкомысленнымъ, лѣнивымъ балагуромъ. Городская жизнь развратила этого сына деревни.
-- Но какъ ни мало у меня волосъ тутъ,-- продолжалъ молодой Аренценъ, показывая на свою полированную макушку,-- они все-таки встали у меня дыбомъ недавно, когда я пріѣхалъ домой.
Маккъ улыбнулся, и Роза тоже.
-- Первый попался мнѣ навстрѣчу лопарь Гильбертъ. Я сразу его узналъ и спросилъ, какъ онъ поживаетъ, какъ его здоровье. "Ничего себѣ,-- отвѣтилъ онъ, а вотъ Роза помолвлена съ почтаремъ Бенони". "Съ поч-та-ремъ Бенони?" -- спросилъ я. "Да, да!" "Со мно-ой!" -- поправилъ я. Но Гильбертъ закачалъ головой и не поддержалъ меня. Ну, прошу покорно, сами судите о моемъ ужасѣ, когда онъ не поддержалъ меня!
Наступило неловкое молчаніе.
-- Вотъ когда,-- продолжалъ молодой Аренценъ,-- волосы у меня и встали дыбомъ.
Роза медленно отошла къ окну и стала смотрѣть на дворъ.
Тутъ-то бы Макку и осадить этого франта, но онъ былъ человѣкъ сообразительный и сразу смекнулъ, что ссориться съ Николаемъ Аренценомъ, законникомъ, не-рука. Напротивъ. Впрочемъ, и поощрять этого развязнаго тона Макку не хотѣлось, и онъ, сказавъ:-- Ну, вамъ, пожалуй, есть о чемъ поговорить другъ съ другомъ,-- вышелъ изъ комнаты.
-- Нѣтъ, совсѣмъ не о чемъ! -- крикнула Роза вслѣдъ ему.