-- Но теперь все это прошло! -- сказалъ я,-- ни о чемъ подобномъ теперь не можетъ быть и рѣчи...
Тѣмъ не менѣе она была ошеломлена...-- Боже сохрани,-- сказала она и замолчала.
Она уже не разъ шептала въ продолженіе моего разсказа:-- Боже сохрани.
Я началъ шутить, щекотать ее и притянулъ ее къ себѣ на грудь.
Она уже застегнула свое платье; это разсердило меня, это даже оскорбило меня. И зачѣмъ она застегнула свое платье... Развѣ этимъ я могъ пасть въ ея глазахъ теперь, когда не моя вина, что у меня вылѣзаютъ волосы. Что же, развѣ было бы лучше если бъ я былъ распутнымъ человѣкомъ? Нѣтъ, безъ глупостей. На то и шелъ... А если только въ этомъ дѣло, то тогда... Я опрокинулъ, ее, опрокинулъ ее на софу.
-- Нѣтъ, послушайте... -- Что вы хотите -- спросила она
-- Что я хочу?
Гм...-- она спрашиваетъ, что я хочу. Я хочу покончить съ этимъ безъ всякихъ разсужденій. Не въ моихъ правилахъ издалека вести дѣло. Меня не испугаешь и не смутишь, если нахмуришь брови. Нѣтъ, нѣтъ, истинная правда. Я никогда еще не выходилъ изъ такого приключенія, не достигнувъ цѣли.
-- Нѣтъ!.. нѣтъ, но вѣдь?..
-- Да,-- возразилъ я,-- это въ моихъ намѣреніяхъ!