-- Смотрите-ка, как разошёлся! -- насмешливо произнёс актёр. -- "Мужчина -- всегда мужчина", сказал евнух!
-- Что ты хочешь этим сказать?
-- Ничего, Бога с тобой! А недурное зрелище ты представил бы собой на охоте, например, на рысь -- в лаковых сапожках и в шёлковом цилиндре, а?
-- Ха-ха-ха! Я констатирую, что актёр Норем становится остроумен. Это не мешает оценить.
Они развязно говорили обо всём, с лёгкостью бросали слова, делали быстрые выпады и в любую минуту имели на всё готовый ответ.
Прошла рота кадетов.
-- До чего самоуверенны эти военные! -- сказал Иргенс. -- Посмотрите на них, они не проходят мимо, как прочие смертные, а как-то шествуют.
Сам Иргенс и художник засмеялись над этим, адвокат же быстро взглянул на Паульсберга, лицо которого ни на секунду не изменило выражения. Паульсберга сказал несколько слов о картинной выставке и замолчал.
Потом разговор перешёл на вчерашнее посещение Тиволи [ Тиволи -- здесь: увеселительное заведение в Христиании -- концертный зал, сад с рестораном и аттракционами.], кто-то заговорил о политике; разумеется, можно отвергнуть все запросы. А кроме того, может быть, не на все запросы наберётся большинство... Они высказали своё суждение относительно лидеров разных партий в стортинге [ Стортинг -- название парламента в Норвегии. ], предложили поджечь дворец и завтра же провозгласить республику. Художник пригрозил восстанием рабочих.
-- Знаете, что президент сказал мне с глазу на глаз? Что он ни за что, ни за что не пойдёт на компромисс -- будет уния расторгнута или останется [ 1814--1905 гг. -- период шведско-норвежской унии. Норвегия обладала широкой внутренней самостоятельностью, но входила в обязательный для неё военный союз со Швецией и не имела собственных внешнеполитических органов. ], всё равно. Будет расторгнута, или останется, буквально этими самыми словами. А когда знаешь президента...