-- Да, ещё бы, только из-за этого!
-- Исключительно! Ведь в противном случае об этом довели бы до сведения полиции, это был бы единственный правильный путь.
-- Но пастор был удалён, слава Богу; мне важен результат. Агент Йенсен в Осло ведёт противозаконную торговлю сукном, "Газета" узнаёт об этом, она обращается к этому господину и требует проверки его книг. Он отказывается, "Газета" печатает пару статей, и через три недели господин агент принуждён был связать свои узлы и удрать в Америку. Опять результат!
-- Опять доказательство стремления Люнге заполучить ещё пару подписчиков. Этот человек выступает от лица прессы, он хочет проникнуть во все дома и устроить допрос и экзамен, он говорит: "пожалуйста, покажите ваши книги!". Клянусь Богом и Его ангелами, я схватил бы этого маленького франта и спустил его с лестницы, если бы он явился ко мне. Даже в том случае, если бы я был виновен в незаконной торговле сукном...
-- Да, берегитесь, он может когда-нибудь явиться.
-- Милости просим... Сам он слишком ничтожен, чтобы отважиться на какой-нибудь смелый поступок, он никогда не выплывает за пределы того, где он, по его мнению, может скрыться. Он любит тёмные пути, скрытность, поцелуй в углу, тайное рукопожатие, шарлатанство, под предлогом очистить общество. Все могли бы это видеть, он ведь через небольшие промежутки времени довольно откровенно показывает свою наготу...
Звонят. София идёт и отворяет, она возвращается с последним номером "Газеты", и Бондесен набрасывается на листок со всегдашним интересом.
Но в этом номере Люнге ясно и определённо поднял флаг. Редакционная статья говорит об отношениях газеты к обратившим на себя внимание статьям об унии: среди публики возникли сомнения, исходят ли эти статьи от самой редакции или являются работой постороннего лица. Для разъяснения этим уважаемым скептикам, Люнге считает своим долгом сообщить, что эти статьи принадлежат самой "Газете", что они отстаивают её собственную политическую точку зрения, и что орган берёт на себя всю ответственность за них. Точка.
Бондесен читал с раскрытым ртом, молча, с самыми противоположными чувствами в груди. Значит, он, к несчастью, был неправ; как он ни стучал но столу, он всё же ошибался. Он передал "Газету" Гойбро и не сказал ни слова.
Гойбро находит огромную передовицу про ворожею в Кампене, которая была открыта одним из агентов "Газеты" и которая занималась тёмными проделками при помощи карт и кофейной гущи, за рюмку водки или за чашку кофе у соседей. Ведь она надувала народ, водила всех за нос! Побольше школ, побольше народного просвещения в Кампене!