Иногда онъ вдругъ напоминаетъ большое животное -- умное, добродушное, которое осторожно, умѣло и медлительно поднимаетъ свои ноги, чтобъ не подавить животныхъ, меньшихъ, чѣмъ онъ. И это уже не благопріобрѣтенный умъ, а родовой, поколѣніями выработанный. И еще очень отличительная черта этого ума,-- не "я", а "мы".
Наконецъ умъ T. M. и съ общерусской философской подкладкой,-- размыслить, обобщить.
Говоритъ онъ медленно, не торопясь. Въ дѣтствѣ онъ заикался. Уроки отвѣчалъ письменно. Уже студентомъ онъ отучилъ себя отъ этого недостатка.
-- Лѣтомъ въ деревнѣ заберусь въ рожь, лягу и начну читать Бокля слегка нараспѣвъ. И такъ все лѣто: помогло. Занимался гимнастикой грудной клѣтки, чтлбъ выработать длиннѣе дыханіе. И вотъ, какъ видите...
-- Вы съ самаго начала постройки здѣсь?
По обыкновенію, и надъ этимъ отвѣтомъ немного подумалъ Т. М., прежде чѣмъ отвѣтиль:
-- Да, съ самаго начала.
-- Жизнь оригинально здѣсь сложилась?
-- Вначалѣ особенно. Теперь все это нивеллируется, входитъ въ обычныя рамки русской жизни, и отъ нашей англійской колоніи скоро останутся только одни воспоминанія.
-- А сильнымъ ключомъ забила здѣсь жизнь?