-- Отступленіе началось съ Тамбовскаго полка, 10-го корпуса. И когда обнажился такимъ образомъ лѣвый флангъ сосѣдняго 3-го корпуса генерала Иванова, то пришлось и ему отступить, пришлось и всѣ южныя позиціи оставить и собраться вокругъ Ляояна.
Годятся ли ляоянскія позиціи? Какъ не-спеціалиста, меня интересуетъ только вопросъ: удержимся ли мы въ Ляоянѣ?
И общее впечатлѣніе отъ всѣхъ этихъ разговоровъ, что нѣтъ, не удержимся.
Но всѣ позиціи за нами.
Вчера, говорятъ, выпущено 40 тысять снарядовъ. Раненыхъ больше пяти тысячъ. Ихъ везутъ, ведутъ, они сами идутъ толпой, залитые кровью, часто безъ первой еще перевязки. Вотъ идетъ раненый, съ какимъ-то расплющеннымъ лицомъ, съ котораго застывающими длинными каплями кровь падаеть ему на рубаху, на землю. Два глаза свѣтятся и ищутъ по вокзалу перевязочный пунктъ. А вотъ еле бредетъ, опираясь на ружье, растерянный, блѣдный, желто-блѣдный молодой солдатъ.
-- Тоже раненъ?
-- Нѣтъ, боленъ.
И невольное пренебреженье и сомнѣнье: не симулянтъ ли, убѣжавшій съ позицій?
А если дѣйствительно боленъ, то положеніе его, пожалуй, хуже, чѣмъ раненаго. Наткнутся на раненаго -- подберутъ, а больного -- нѣтъ. Развѣ потерялъ сознаніе отъ истощенія и случайно набредутъ на него, если скоро не отступять.
Всюду спѣшная укладка, грузятся вагоны, каждый ждетъ первой очереди. Злополучная администрація желѣзной дороги, у которой теперь столько всякаго начальства, что у иного человѣка и волосъ столько на головѣ нѣтъ,-- разрывается на всѣ части.