"Только что узналъ, что "Байкалъ" уже ушелъ, а "Ангара" отправляется сейчасъ же".
Мы проглатываемъ уже поданный супъ, по два, по три куска второго, наскоро прощаемся и бѣжимъ. Третій свистокъ.
-- Скорѣй, скорѣй!
И послѣднія 50 саженъ мы несемся, какъ можемъ. Сергѣй Ивановичъ на ходу разсуждаетъ:
-- Идемъ ли мы шагомъ, мчимся ли со скоростью поѣзда -- вся разница въ минутѣ.
Я останавливаюсь на мгновеніе только, чтобы попрощаться и расцѣловаться съ главнымъ распорядителемъ, но и эту задержку, юркій, какъ ртуть, онъ наверстываетъ:
-- Бѣжите сюда подъ линію -- здѣсь короче!
Его помощникъ провожаетъ насъ до Танхоя. Милый и любезный, онъ взялъ на себя трудъ усадить насъ и въ вагоны.
И вотъ мы ѣдемъ по льду. Все время отъ этого движенія по льду -- шумъ, трескъ, пальба.
Несмотря на то, что "Байкадъ" еще на горизонтѣ, что ѣдемъ мы по его слѣдамъ, проходъ уже загороженъ во многихъ мѣстахъ новыми громадными льдинами. Носъ и у "Ангары" такъ устроенъ, что легко взбираться на этл льдины, и весь пароходъ за нимъ -- льдина осѣдаетъ, подается -- трескь, и мы проваливаемся опять въ воду.