– Ты хотел бы, – спрашивает Дим Егора, – чтобы у тебя было столько братьев и сестёр, сколько на той иконе в церкви?
Егор повернулся, пригнулся к Диму и посмотрел на него так, как будто в первый раз его видел. Глаза его стали большие, лицо красное, и в каждой мокрой ямочке лица блестит крупная капля пота. И губы у него мокрые, а нижняя отвисла, и дышит Егор прямо в лицо Диму, и несёт от него водкой.
– А я хотел бы, – продолжал Дим, – знаешь, мне всегда кажется, что у меня есть и братики, и сестрички.
– А может и есть, – сказал Егор, – может, чует ангельская душа родную душу?
Егор закрыл глаза и стал качать головой.
Дим подумал и сказал:
– Я не понимаю, что ты говоришь, Егор.
Егор мутными глазами смотрел на Дима.
– Ох, сказал бы я вам… сказал бы, да вы расскажете маме и дяде, а Егора прогонят.
– Я не скажу, Егор.