– Кто ж тут виноват, что хлеб погнил?

– То-то оно и есть, что мы-то своим грешным умом и так, и сяк, а забываем, что над нами-то Бог.

– Да причём тут Бог?

– А вот и причём. Мы-то Его знать не хотим, а Он-то нас знает. Ни один волос без Его воли не упадёт с нашей головы. Так-то, сударь, – укоризненно заканчивал какой-нибудь Елесин.

– Наладила сорока Якова. Да что ты плетёшь, куда надо и не надо, имя Божие? – говорил я, горячась. – Заповеди забыл: «не приемли имени Господа твоего всуе»; ты, ведь, по всякому пустяку, по всякой глупости треплешь имя Его. Тебе охота на печи валяться, жить хуже всякой свиньи, оправдать себя охота, ты и приплетаешь Его святое имя к своим грешным делам. Вместо того, чтобы работать, поскорее выбиться из своей нужды, ты только и выдумываешь, как бы от работы отвертеться. Я ли для вас не рвусь пополам? Как какая работа – цена у меня вдвое против людей, а, напротив, как землю продать, лес ли, против меня нигде дешевле не сыщешь. Благодать, значит, благодарить Бога надо, а вы что делаете? Вы ропщете, а больше этого греха нету. Да и за что ропщете, – хуже вы против людей живёте? Не спокоен ли каждый из вас теперь, что случись беда, нужда – помощь вам всегда готова!

Мужики успокаивались, но при удобном случае опять начинался разговор на ту же тему.

– Эх, запряг ты нас, сударь, как поглядишь, со всех сторон, то есть некуда, некуда мотнуться. Как есть на всю неделю припасена работа. Тут в извоз, хочешь не хочешь, поезжай; приехал – ни чем отдохнуть, навоз вези; свёз навоз – опять айда в извоз. Что за беда! Бывало, зиму-зимскую на печи лежали, горя не знали, а тут, почитай, все с отмороженными носами ходим. Ты гляди: буран ли, мороз ли, а ты всё неволишь: айда, да айда!

– Я и сам не сижу сложа руки, хоть и мог бы по своим достаткам с печи не слазить, – Бог труды любит.

– Да уж ты-то заботливый. Мы и то калякаем: везде его хватает. Споначалу думали, станем мы тебя за нос водить, а заместо этого ты же нас впрег так, что ни туда, ни сюда. А богатеи только посмеиваются. Вы, бают, теперь на барщине; только заместо трёх дней всю неделю, почитай, работаете.

– А вот станут они мутить, я с ними много не буду разговаривать. Так и передайте им.