Она показала глазами на Денисова. А Денисов сидел, опершись на колени, и, не поднимая головы, ответил:
-- Я думаю, что если бы Дарья Ивановна вдруг исчезла, нам окончательно не о чем бы было говорить.
-- О, да, да,-- рассмеялась Софья Николаевна, подняв вверх свои красивые руки,-- и не надо даже делать таких страшных предположений. Ну-с, на этот раз, так и быть, оставим Дарью Ивановну и поговорим о выборах. Нет, каков Проскурин?
-- Талантливый человек,-- ответил молодой, с глупой физиономией господин, одетый с иголочки.
Его фамилия была Алферов. Отец его, богатый помещик, незадолго до этого скоропостижно умер, и Алферов бросил военную службу, выйдя штык-юнкером в отставку. Он при жизни был в ссоре с отцом и нищенствовал в полку. Думали, что он начнет кутить. Но он оказался очень практичным и экономным. Говорили даже, что он занимается ростовщичеством. В купеческих кружках, несмотря на его молодость, относились к нему с большим уважением.
В ответ ему Софья Николаевна сказала:
-- Стыдно, стыдно. После этого всякий нахал, всякий не стесняющийся своей непорядочности -- талантлив.
Совершенно неожиданно Денисов поддержал Алферова и стал защищать Проскурина.
-- Вы, вы?!-- накинулась на него Софья Николаевна.
-- Да, я,-- упрямо ответил Денисов. Поднялся горячий спор.