Ждал барин, ждал и опять спросил:
-- Ты что лежишь?
Кто-то зовет его.
-- А!-- отозвался Амзя и, оглянувшись на барина, спокойно ответил:
-- Устал маненько.
Но вдруг сознание возвратилось к Амзе, и он стал ерзать бессильно своими худыми, как плети, ногами, стараясь упереть их в пыльную землю, чтобы подняться. Его истощенное лицо было так сосредоточенно и спокойно, словно кто другой за него подымался.
-- Лежи, лежи... на вот тебе...
И барин сунул в его руку двугривенный. Какой-то ток точно пробежал по телу Амзи, он быстро поднес руку к глазам и внимательно-тревожно спросил:
-- Серебро?
-- Серебро, серебро,-- наклонился барин.