— Пренеприятная вещь случилась прошлой ночью, и я пораньше встал сегодня, чтобы разыскать ее виновника. Мою конторку сломали и…
— Я знаю это, — перебила она не то с нетерпением, не то с досадой, довольно, не повторяйте. — Папа с мамой всю ночь надоедали мне с этим… после того, как Гаррисоны, которым захотелось помириться с нами, прибежали с этой новостью. Мне это надоело!
На минуту он опешил. Чт о ́ именно известно ей? И с невольной улыбкой он неопределенно сказал:
— Но ведь это могли бы быть ваши письма?
— Но ведь вы знаете, что они не мои, — просто ответила она. — Я бы желала, чтобы то были мои письма…
Она умолкла и взглянула на него с странным выражением в глазах.
— Ну, — медленно произнесла она, — что же вы теперь намерены делать?
— Разыскать негодяя, который это сделал, твердо произнес он, и наказать его, как он того заслуживает.
Она чуть заметно пожала плечами, взглядывая на него с усталым состраданием.
— Нет, — сказала она, — вы этого сделать не в силах. Их слишком много. Вы должны сейчас же уехать отсюда.