Но Гвидо не тронулся съ мѣста; щека отъ удара покраснѣла, глаза его сверкнули гнѣвомъ.
-- Не я, а ты трусъ, старикъ!-- глухимъ голосомъ произнесъ онъ,-- ты отлично знаешь, что я не подниму на тебя руку!
Андреа приходилъ въ отчаяніе и не зналъ, что дѣлать. Въ данный моментъ человѣкъ съ болѣе слабой волей оказывался сильнѣе и держалъ себя съ большимъ достоинствомъ. Андреа Вивальди былъ близокъ къ помѣшательству.
Съ минуту враги молча глядѣли другъ на друга; затѣмъ, не говоря ни слова, Гвидо повернулся, чтобы уйти. Андреа съ дикимъ ревомъ бѣшенаго звѣря загородилъ ему дорогу.
-- Ни съ мѣста!
-- Берегись!-- съ угрозой произнесъ Гвидо, сжимая кулаки,-- и моему терпѣнію можетъ быть конецъ! Не боюсь я тебя!
Гвидо поднялъ руку, чтобы отстранить противника съ дороги, но тотъ придалъ его жесту иное значеніе и съ хриплымъ, торжествующимъ крикомъ бросился на него. Гвидо не успѣлъ опомниться, какъ получилъ страшный ударъ кулакомъ между глазъ; онъ зашатался и упалъ, ударясь головой о низенькую каменную стѣну, около которой они стояли.
Андреа ждалъ, чтобы онъ поднялся на ноги,-- но напрасно Гвидо простоналъ, разъ-другой, и умолкъ. Старикъ нагнулся и съ любопытствомъ заглянулъ въ посинѣвшее лицо юноши: глаза его были полуоткрыты и смотрѣли на Андреа; онъ положилъ руку на сердце Гвидо,-- но не могъ подмѣтить никакихъ признаковъ жизни.
-- Умеръ!-- прошепталъ старикъ,-- я убилъ его!-- и онъ злобно пихнулъ ногой безжизненное тѣло,-- жалко! Ты не страдалъ! Я не отомстилъ, а сдѣлался убійцей! До самаго конца ты дѣлалъ намъ зло! Благодаря тебѣ, я теперь преступникъ! А мой бѣдный Гуго сынъ убійцы!
Живой человѣкъ упрекалъ мертваго, павшаго жертвой его озлобленія! Молчаніе Гвидо было самымъ страшнымъ отвѣтомъ и уязвило старика хуже всякихъ словъ: онъ со скрежетомъ сказалъ: