Восторженный господинъ прислонился къ рѣшоткѣ, обнесенной вокругъ Венеры Медиційской, и одобрительно осмотрѣлся крутомъ.
Беатриса въ душѣ злилась; она чувствовала, что приходъ Гуго Вивальди въ настоящую минуту не желателенъ; ей хотѣлось сначала повидаться съ нимъ и описать ему чудака Гэрри Плейделя, съ которымъ она встрѣчалась въ рисовальной школѣ: она и ея подруги постоянно поднимали его на смѣхъ за его жеманную восторженность, самомнѣніе, увѣренность въ своемъ талантѣ.
-- Что вы въ настоящую минуту дѣлаете?-- спросилъ онъ, склоняясь надъ нею и разсматривая ея работу съ видомъ снисходительнаго знатока,-- а! Mantegna! Прекрасно! Дайте-ка взглянуть!-- онъ сложилъ пальцы на подобіе бинокля и взглянулъ на работу Беатрисы,-- вполнѣ-ли вы довольны фигурой волхва? Правая рука немного длинна,-- вы не находите?
-- Не замѣчаю,-- отвѣчала она, преодолѣвая злость и разбирающій ее въ то же самое время смѣхъ.
Приближался часъ обычнаго посѣщенія Гуго: онъ всегда приходилъ справляться, не нужны ли ей его помощь и совѣтъ.
Въ головѣ у нея мелькнула блестящая мысль: она вытащила свой завтракъ.
-- Щепетильность его не выдержитъ подобнаго испытанія!-- подумала она.
Но ее постигло горькое разочарованіе: онъ съ живѣйшимъ любопытствомъ заглянулъ въ ея свертокъ, который она методически развернула.
-- Хлѣбъ и сушеные фрукты! Какъ поэтично!
Ей крѣпко захотѣлось запустить въ него своимъ поэтичнымъ завтракомъ, но въ виду неисполнимости этого желанія, она предложила ему раздѣлить ея скромную трапезу. Онъ сорвалъ двѣ-три ягодки изюму съ вѣтки, какъ дверь распахнулась, и на порогѣ показалась широкоплечая фигура Гуго Вивальди. Онъ поспѣшно двинулся къ Беатрисѣ, но вдругъ остановился,-- увидавъ, что молодая дѣвушка не одна, повернулся къ нимъ спиной и вышелъ обратно въ ту же дверь.