Всю остальную часть дня, разговоръ ея вертѣлся около аристократическихъ предметовъ. Въ числѣ немногихъ книгъ, привезенныхъ ею съ собой въ домъ мистера Гибсона, находилась одна, въ красномъ переплетѣ, въ которой она принялась съ особеннымъ тщаніемъ изучать страницу, гдѣ значилось: "Ментейтъ, герцогъ, Адольфусъ-Георгъ" и ир.; изученіе это она продолжала до тѣхъ поръ, пока вполнѣ не просвѣтилась насчетъ родственныхъ связей и обширности владѣній герцогини. Мистеръ Гибсонъ многозначительно свистнулъ и сдѣлалъ насмѣшливую гримасу, когда, возвратясь домой, внезапно очутился въ атмосферѣ, пропитанной аристократизмомъ и Тоуэрсомъ. Но Молли подъ шутливымъ видомъ уловила выраженіе недовольства, которое въ послѣднее время стала часто замѣчать въ отцѣ. Не стараясь вполнѣ дать себѣ отчетъ, откуда оно происходило, она однако чувствовала, какъ при этомъ сердце ея всякій разъ болѣзненно сжималось.
Мистрисъ Гибсонъ, конечно, заказала экипажъ для своего визита. Но, возвратясь домой къ обѣду, она никому не повѣряла непріятностей, какими сопровождалась ея поѣздка въ Тоуэрсъ. Уже одно то, что явясь туда, она болѣе часу прождала леди Комноръ въ одной изъ ея комнатъ, наслаждаясь обществомъ своей старой знакомки, мистрисъ Брадлей, пока случайно не заглянула въ дверь леди Гарріета. "Какъ, Клеръ, вы тутъ! и совсѣмъ одна! А гдѣ же мама? Знаетъ ли она, что вы пріѣхали?" И сказавъ еще нѣсколько привѣтливыхъ словъ, она бросилась къ ея сіятельству. Графиня очень хорошо знала, что ее ждутъ въ гостиной, но ей не хотѣлось прерывать бесѣды съ герцогиней, которую она посвящала въ таинство заготовленія приданаго. А за завтракомъ мистрисъ Гибсонъ было нанесено новое оскорбленіе предположеніемъ лорда Комнора, что это часъ ея обѣда. Движимый желаніемъ выполнить обязанности гостепріимнаго хозяина, онъ, съ другого конца стола, во всеуслышаніе уговаривалъ ее побольше ѣсть, помня, что этотъ завтракъ замѣняетъ ей обѣдъ. "О милордъ! Я никогда не ѣмъ мяса въ половинѣ дня, да и вообще рѣдко прикасаюсь къ чему-либо за завтракомъ". Но говоръ другихъ гостей заглушилъ ея голосъ, и герцогинѣ, такимъ образомъ, суждено было уѣхать изъ замка, въ убѣжденіи, что жена Голлингфордскаго доктора обѣдаетъ рано. Это, конечно, въ томъ случаѣ, еслибы герцогиня вообще снизошла до того, чтобы согласиться имѣть какое-либо понятіе о вещахъ подобнаго рода. Но и тутъ до свѣдѣнія ея предварительно пришлось бы довести, что въ Голлингфордѣ имѣется докторъ и что у этого доктора есть жена, та самая красивая, уже нѣсколько поблекшая, изящнаго вида женщина, которая отдавала слугамъ тарелки съ нетронутымъ на нихъ кушаньемъ. А между тѣмъ, бѣдняжкѣ куда какъ хотѣлось ѣсть, послѣ продолжительной ѣзды и еще болѣе продолжительнаго, одинокого пребыванія въ графининой комнатѣ!
Наконецъ, послѣ завтрака настало желанное tête-à-tête съ леди Комноръ, въ теченіе котораго велся разговоръ слѣдующаго содержанія:
-- А, Клеръ! Я очень рада васъ видѣть. Одно время я думала, что мнѣ ужь никогда болѣе не суждено возвратиться въ Тоуэрсъ, но вотъ я снова здѣсь! Въ Батѣ нашелся очень искусный врачъ -- докторъ Снепъ -- онъ вылечилъ меня и опять поставилъ на ноги. Въ случаѣ новаго припадка со мной, я намѣрена послать за нимъ: такое рѣдкое счастіе напасть, наконецъ, на хорошаго медика! Кстати, я все забываю, что вы замужемъ за мистеромъ Гибсономъ; онъ, конечно, очень уменъ и искусенъ... Браунъ, прикажите подавать Барету черезъ десять минутъ, и пусть Брадлей принесетъ мнѣ сюда шляпу и бурнусъ... О чемъ мы говорили? Ахъ, да: какъ вы справляетесь съ вашей падчерицей? Она мнѣ показалась молоденькой леди, надѣленной значительной дозой упрямства... Я приготовила письмо, чтобъ отправить его на почту, и не знаю, куда его засунула. Помогите мнѣ найдти его, моя милая. Пожалуйста, сбѣгайте въ мою комнату, не тамъ ли оно, спросите у Браунъ. Письмо это очень важное.
Весьма неохотно отправилась мистрисъ Гибсонъ исполнить приказаніе леди Комноръ. Ей многое хотѣлось самой сказать графинѣ, и услышать отъ нея разныя подробности о ея дѣлахъ и семействѣ. Но случай къ тому если и былъ, то уже миновалъ. Возвратясь съ своего безплоднаго посольства, она застала у леди Комноръ герцогиню, которая слушала, какъ хозяйка замка, почему-то съ ужасомъ повторяла, постукивая найденнымъ письмомъ по столу, какъ-бы для того, чтобы придать еще болѣе силы своимъ словамъ:
-- Каждая іота изъ Парижа! Каждая і-о-та!
Леди Комноръ, конечно, была слишкомъ благовоспитапа для того, чтобъ не извиниться за безполезно-доставленный ею трудъ; но этомъ все и ограничилось. Затѣмъ, она уѣхала кататься съ герцотпей. Вслѣдъ за каретой графини былъ тотчасъ поданъ и для "Клеръ" (леди Комноръ упорно продолжала звать ее этимъ именемъ) экипажъ, которому надлежало отвезти ее назадъ въ Голлингфордъ. Леди Гарріета отдѣлилась отъ толпы молодыхъ леди и джентльменовъ, собиравшихся идти гулять, и подошла къ мистрисъ Гибсонъ, чтобъ проститься съ ней.
-- Мы увидимся на балу, сказала она: -- вы, конечно, тамъ будете съ вашими дѣвицами, и я надѣюсь тогда поболтать съ вами. Со всѣми этими гостями я сегодня почти совсѣмъ васъ не видѣла.
Таковы были факты въ настоящемъ ихъ свѣтѣ; но мистрисъ Гибсонъ, передавая ихъ своимъ домашнимъ, постаралась окрасить ихъ въ розовый цвѣтъ.
-- Въ Тоуэрсѣ столько гостей! говорила она: -- тамъ герцогиня и леди Алиса, мистеръ и мистрисъ Грей, лордъ Альбертъ Монсонъ съ сестрой, мой старый пріятель, капитанъ Джонсъ и еще много-много другихъ. Я, конечно, предпочла уйдти въ комнату леди Комноръ, гдѣ могла на просторѣ поговорить съ ней и съ леди Гарріетой, и гдѣ намъ не мѣшали шумъ и бѣготня, происходившіе внизу. Къ завтраку мы сошли въ столовую, и тамъ я нашла много старыхъ друзей, съ которыми возобновила знакомство. Но я почти ни съ кѣмъ не могла говорить. Лордъ Комноръ былъ такъ радъ меня видѣть, что не давалъ мнѣ ни минуты покою. Между нимъ и мною сидѣло шестеро другихъ лицъ, а онъ то и дѣло черезъ весь столъ обращался ко мнѣ съ той или другой любезностью. Послѣ завтрака, леди Комноръ закидала меня вопросами о моей новой жизни, входила въ малѣйшія ея подробности и интересовалась ими, какъ будто бы я была ея дочерью. Съ приходомъ герцогини, конечно, мы перемѣнили разговоръ и долго толковали о приданомъ, которое готовятъ леди Алисѣ. Леди Гарріета въ восхищеніи отъ надежды встрѣтиться со мной на балу. Что за милое, доброе, любящее существо эта леди Гарріета!