Утромъ, въ день бала, изъ Гамлея явился слуга съ двумя прелестными букетами и "съ поклономъ отъ мистера Гамлея мисъ Гибсонъ и масъ Киркпатрикъ". Цинція первая получила ихъ. Она, танцуя, влетѣла въ гостиную и, махая букетами надъ головой, приблизилась къ Молли, которая взялась-было за кипгу, чтобъ какъ-нибудь сократить время до вечера.
-- Смотрите, Молли, смотрите. Намъ присланы букеты! Да здравствуютъ податели ихъ!
-- Кѣмъ присланы? спросила Молли, беря одинъ изъ нихъ и съ восхищеніемъ разглядывая его.
-- Кѣмъ? Конечно, совершеннѣйшими изъ молодыхъ людей, двумя гамлейскими братцами! Неправда-ли, какое милое вниманіе?
-- Какъ они добры! сказала Молли.
-- Я увѣрена, что первую мысль объ этомъ возъимѣлъ Осборнъ. Онъ долго былъ за границей, а тамъ въ большомъ обыкновеніи посылать дамамъ букеты.
-- Я, право, не знаю, почему вы такъ думаете, сказала Молли, слегка покраснѣвъ: -- мистеръ Роджеръ Гамлей постоянно составлялъ букеты для своей матери, а иногда и для меня.
-- Ну, все равно! Мы получили букеты -- это главное, а до того, кто ихъ составлялъ, намъ нѣтъ дѣла. Смотрите, Молли, эти красные цвѣты, какъ нельзя лучше, подойдутъ къ вашимъ кораловымъ браслетамъ и ожерелью, сказала Цинція, вытаскивая изъ букета нѣсколько камелій, очень рѣдкихъ въ то время года цвѣтовъ.
-- Ахъ, не трогайте! воскликнула Молли: -- развѣ вы не видите, съ какимъ вкусомъ подобраны цвѣта: это, конечно, стоило имъ не мало труда! Пожалуйста, не трогайте!
-- Вздоръ! сказала Цинція, продолжая перебирать букетъ: -- ихъ еще довольно остается. Я сдѣлаю вамъ изъ нихъ вѣнокъ, который нашью на черный бархатъ: во Франціи это въ большомъ употребленіи!