Я ей объяснила, что онъ другъ нашего семейства, управляетъ дѣлами мам а.... поневолѣ ужь пришлось нѣсколько отступить отъ истины. Но все это не помогло: она при мнѣ же сожгла письмо, и я должна была дать ей слово, что не стану больше писать, лишь бы она согласилась не говорить мама. Итакъ, мнѣ пришлось успокоиться на время и дождаться моего возвращенія домой.

-- Но вы же его не видали, когда пріѣхали сюда, по крайней-мѣрѣ, первое время.

-- Нѣтъ, но я могла написать къ нему, и начала копить деньги, чтобы расплатиться съ нимъ.

-- Какъ онъ принялъ ваше письмо?

-- Сначала онъ показалъ видъ, какъ будто не вѣритъ, что я говорю серьёзно, а считаетъ все это ребячествомъ, пикою, или временнымъ неудовольствіемъ, послѣ котораго можно помириться съ помощью объясненій, извиненій и страстныхъ увѣреній; а потомъ... потомъ онъ изволилъ прибѣгнуть къ угрозамъ, и что всего хуже, я струсила. Мнѣ была невыносима мысль, что все это будетъ извѣстно и сдѣлается предметомъ толковъ и пересудъ, и что будутъ показываться мои глупыя письма. Ахъ, Молли, еслибы вы знали, какія это инсьма! Я и подумать не могу о нихъ, какъ вспомню, что они начинаются словами: "мой дорогой Робертъ!"

-- Но, Цинція, какъ же вы послѣ этого могли рѣшиться помолвиться съ Роджеромъ? спросила Молли.

-- Почему бы и нѣтъ? рѣзко обернулась бъ ней Цинція: -- я была свободна, я и теперь свободна; я себѣ этимъ какъ будто доказывала, что я вполнѣ свободна; да притомъ же я въ самомъ дѣлѣ полюбила Роджера: мнѣ такъ отрадно было придти въ сношенія съ людьми, на которыхъ можно положиться. Не дерево же я была, не камень, чтобы остаться нетронутой его нѣжною, самоотверженной любовью, столь различной отъ любви мистера Престона. Я знаю, что вы не считаете меня достойной его, и конечно, когда все это выйдетъ наружу, онъ будетъ того же мнѣнія (эти слова Цинція произнесла особеннымъ жалобнымъ тономъ); мнѣ иногда кажется, что я сама отъ него откажусь, и пойду искать себѣ новой жизни въ чужихъ людяхъ, а иной разъ я даже думала, не выдти ли мнѣ замужъ за мистера Престона изъ одной мести, чтобы потомъ всю жизнь держать его въ своей власти. Только мнѣ же будетъ хуже, потому что онъ жестокъ до глубины души; онъ похожъ на тигра съ его красивымъ бархатнымъ мѣхомъ и безжалостнымъ сердцемъ. Я ужь такъ просила его, такъ просила развязать меня безъ скандала!

-- Не бойтесь вы скандала, сказали Молли: -- онъ скорѣе обрушится на его же голову, нежели повредитъ вамъ.

Цинція нѣсколько поблѣднѣла.

-- Но вѣдь я въ этихъ письмахъ кое-что говорила о мама. Я была на столько зорка, что замѣчала всѣ ея недостатки, но не понимала того, сколько ей представляется искушеній; а онъ говоритъ, что покажетъ эти письма вашему отцу, если я не соглашусь открыто признать нашу помолвку.