-- И деньги возьметъ? прибавила Цинція, вопросительно глядя Молли въ лицо.
-- Надо непремѣнно, чтобы онъ и деньги взялъ.
-- О, Молли, никогда вамъ не устроить всего этого такъ, чтобы ничего не дошло до вашего отца. А я бы скорѣе согласилась ѣхать въ Россію гувернанткою, даже... но нѣтъ! все, только не это! заключила она, какъ-бы содрогнувшись отъ мысли, которую собиралась высказать.-- Только, пожалуйста, Молли, не говорите вы отцу, я положительно не вынесу. Не знаю, на что бы я тогда не рѣшилась. Вы обѣщаете мнѣ, что никогда не скажете ни ему, ни мам а?
-- Не скажу, не скажу; вы сами знаете, что не скажу, развѣ только ради...
Она хотѣла докончить "развѣ только ради того, чтобы спасти васъ и Роджера отъ огорченія", но Цинція перебила ее:
-- Никогда, и ни ради чего! Ничто не должно заставить васъ сказать вашему отцу. Если вамъ не удастся нечего дѣлать, во всякомъ случаѣ, я всіб жизнь буду любить васъ за то, что вы взялись за это дѣло, и мнѣ не будетъ хуже прежняго. Напротивъ, лучше, потому что теперь я всегда могу искать отрады въ вашемъ сочувствіи. Только обѣщайте мнѣ не говорить мистеру Гибсону.
-- Я уже дала вамъ слово, сказала Молли:-- и не беру его назадъ:-- а теперь ложитесь-ка и постарайтесь заснуть. Вы блѣдны, какъ полотно; еще заболѣете, если не отдохнете. Ужь болѣе двухъ часовъ, и вы вся дрожите отъ холода.
Онѣ простились, пожелали другъ другу доброй ночи; но когда Молли возвратилась въ свою комнату, вся ея бодрость вдругъ покинула ее, и она бросилась на кровать какъ была, одѣтая, потому что не въ силахъ была заняться чѣмъ бы то ни было. Еслибы Роджеръ когда нибудь услыхалъ обо всемъ этомъ случайно, она знала, какъ это смутило бы любовь его къ Цинціи; а между тѣмъ, хорошо ли было бы утаить отъ него подобную вещь? Она рѣшилась употребить всѣ старанія, чтобы уговорить Цинцію прямо разсказать ему все, лишь только онъ возвратится въ Англію. Полное, откровенное признаніе съ ея стороны непремѣнно бы значительно облегчило ему непріятное впечатлѣніе, какое, во всякомъ случаѣ, должно было произвести на него въ первую минуту подобное открытіе. Она терялась въ мысляхъ о Роджерѣ: что онъ почувствуетъ, что онъ скажетъ, да какъ пройдетъ первое свиданіе, да гдѣ онъ въ настоящее время и т. д., пока вдругъ не встрепенулась и не вспомнила своего обѣщанія Цинціи. Теперь, когда успѣлъ пройти первый пылъ ея негодованія, она ясно сознала всю трудность предстоявшаго ей предпріятія, и прежде всего представлялся ей вопросъ, какъ устроить ей свиданіе съ мистеромъ Престономъ? Какъ распоряжалась въ подобномъ случаѣ Цинція, и какимъ образомъ могла происходить между ними переписка? Противъ воли своей, Молли должна была сознаться, что подъ кажущейся откровенностью Цинціи таилась большая скрытность и умѣніе обманывать, и начала опасаться, какъ бы и ей не очутиться въ необходимости прибѣгать къ такимъ же мѣрамъ. Она утѣшила себя мыслью, что, во всякомъ случаѣ, будетъ стараться идти прямой дорогою, а если и уклонится отъ нея, то только ради того, чтобы спасти отъ огорченія дорогія ей существа.