-- Неужели она говорила вамъ это хладнокровно? Знаете, мисъ Гибсонъ, вѣдь вы говорите мнѣ ужасныя истины, то-есть если это только истина, поправился онъ, нѣсколько ободрившись: -- молодыя дѣвицы очень любятъ употреблять слово "ненавидѣть", и мнѣ нѣсколько разъ случалось слышать, какъ онѣ говорили такимъ образомъ о людяхъ, за которыхъ желали и надѣялись выйти замужъ.
-- Не знаю, какъ насчетъ другихъ, сказала Молли: -- знаю только, что Цинція, дѣйствительно... Она на мгновеніе запнулась: ей было жаль его въ эту минуту. Наконецъ, она, однако выговорила:-- дѣйствительно, имѣетъ къ вамъ чувство, на столько похожее на ненависть, на сколько способно питать подобное чувство такое существо, какъ она.
-- Такое существо, какъ она! повторилъ онъ почта безсознательно, какъ-бы стараясь хоть чѣмъ нибудь прикрыть тяжелое чувство, овладѣвшее имъ.
-- Я этимъ хочу сказать, что я способна сильнѣе ея ненавидѣть, пояснила Молли вполголоса.
Но онъ не обратилъ большаго вниманія на ея отвѣтъ. Онъ рылся въ травѣ концомъ своей трости, и глаза его были устремлены туда же.
-- Ну, такъ не пошлете ли вы ей ея писемъ черезъ меня? Увѣряю васъ, что ничто не заставитъ ее выйти за васъ замужъ.
-- Какія же вы простодушныя, мисъ Гибсонъ! сказалъ онъ, вдругъ поднимая голову: -- вы, какъ я вижу, не полагаете, чтобы, можно было желать удовлетворить и другому чувству, кромѣ любви. Развѣ вы не слыхали, напримѣръ, о чувствѣ мести? Цинція обошла меня обѣщаніемъ, и какъ ни мало вы и она вѣрите моимъ словамъ... впрочемъ, объ этомъ нечего и толковать. Я не намѣренъ оставлять ее безнаказанной. Можете ей сказать это: письма ея я оставлю у себя, и сдѣлаю изъ нихъ такое употребленіе, какое мнѣ заблагоразсудится, когда представится къ тому случай.
Молли было на себя ужасно досадно за то, что она не съумѣла лучше повести дѣло. Она надѣялась все уладить, а вмѣсто того, какъ будто еще хуже напортила. Какъ ей было еще уговаривать его? А онъ, между тѣмъ, продолжалъ, еще болѣе раздражая себя мыслью о томъ, какимъ пересудамъ обѣ молодыя дѣвушки, должно быть, подвергали его личность, и усиливая чувство обманутой любви чувстомъ оскорбленнаго тщеславія.
-- Мистеръ Осборнъ Гамлей можетъ услыхать о содержаніи этихъ писемъ, если онъ даже слишкомъ честенъ для того, чтобы самому прочесть ихъ. Да и до вашего отца можетъ кое-что дойти; въ нихъ, если не ошибаюсь, мисъ Цинція Киркпатрикъ не всегда говоритъ въ самыхъ почтительныхъ выраженіяхъ о нѣкоторой дамѣ, носящей нынѣ имя мистрисъ Гибсонъ. Тамъ, между прочимъ, есть...
-- Перестаньте! прервала его Молли:-- я ничего не желаю знать изъ содержанія этихъ писемъ, написанныхъ, когда она не имѣла ни друзей, ни защитниковъ, кромѣ васъ, на котораго она смотрѣла, какъ на самаго близкаго человѣка. Но я уже придумала, какъ мнѣ далѣе поступить, и честно предупреждаю васъ: еслибы я была умнѣе, то мнѣ слѣдовало сказать отцу моему; по Цппція вынудила у меня обѣщаніе, что я не стану говорить ему. Итакъ, я все сначала до конца разскажу леди Гарріетѣ, и попрошу ее обратиться къ ея отцу. Я убѣждена, что она на это согласится, и не думаю, чтобы вы отказались исполнить желаніе лорда Комнора.