Мистеръ Гибсонъ, между тѣмъ, вошелъ въ столовую и заперъ двери, чтобъ никто не потревожилъ его. Желая собраться съ мыслями, онъ приблизился къ камину, облокотился на него, опустилъ голову на руки и старался утишить біенія своего сердца.
Дверь отворилась. Онъ зналъ, что Молли была въ комнатѣ, прежде чѣмъ услышалъ ея восклицаніе:
-- Папа!
-- Тс! сказалъ онъ шопотомъ и быстро обернулся къ ней:-- запри дверь и пойди сюда.
Она подошла съ изумленіемъ. Мысли ея мгновенно перенеслись въ Гамлей. "Осборнъ!!" внезапно вырвалось у нея. Еслибъ мистеръ Гибсонъ былъ менѣе взволнованъ и могъ разсуждать, этотъ быстрый вопросъ послужилъ бы ему немалымъ утѣшеніемъ.
Но, погруженный въ свои собственныя мысли, терзаемый сомнѣніями, онъ не обратилъ вниманія на восклицаніе Молли, и прямо приступилъ къ объясненію:
-- Молли, что я слышу? Ты находишься въ тайныхъ сношеніяхъ съ мистеромъ Престономъ, назначаешь ему свиданія, украдкой обмѣниваешься съ нимъ письмами?
Несмотря на то, что онъ еще такъ недавно утверждалъ, будто ничему не вѣритъ, и хотя дѣйствительно въ глубинѣ души считалъ всѣ эти слухи ложными, тѣмъ не менѣе голосъ его былъ строгъ, лицо блѣдно и сурово, а глаза какъ-то особенно проницательно смотрѣли на Молли. Бѣдняжка вся дрожала, но не избѣгала его взгляда. Она молчала, перебирая въ умѣ отношенія Цинціи ко всему этому дѣлу. То была минутная пауза, которая, однако, показалась безконечно длинной тому, кто жаждалъ быстраго и исполненнаго негодованія опроверженія того, что онъ мысленно съ упорствомъ продолжалъ называть клеветой. Когда Молли подошла къ нему, онъ безсознательно взялъ ее за обѣ руки; теперь же, не получая желаемаго отвѣта, онъ такъ сильно сжалъ ихъ, что молодая дѣвушка невольно вскрикнула отъ боли. Онъ освободилъ ее. Она посмотрѣла на покраснѣвшія руки, и глаза ея быстро наполнились слезами. То, что отецъ ея могъ причинить ей физическую боль, въ настоящую минуту показалось ей страннѣе и горче даже того, что онъ могъ повѣрить дурной молвѣ о ней. Съ дѣтскимъ движеніемъ она протянула ему руки; по если она надѣялась на его состраданіе, то жестоко ошиблась.
-- Вздоръ! сказалъ онъ, едва взглянувъ на пятно: -- это ничего, чистые пустяки! Отвѣчай на мои вопросъ. Видѣлась ты съ нимъ украдкой или нѣтъ?
-- Да, папа, видѣлась. Но я не думаю, чтобъ это было дурно.