-- Мнѣ такъ жаль, что вы изъ-за меня не ѣдете на эту вечеринку! Право, дорогой папа ужь черезчуръ тревожится о моемъ здоровьи. Впрочемъ, меня всегда баловали мужчины. Бѣдный мистеръ Киркпатрикъ рѣшительно не зналъ, чѣмъ мнѣ угодить. Но мистеръ Гибсонъ, кажется, меня еще больше нѣжитъ и голубитъ. Сегодня уходя, онъ мнѣ сказалъ: "Смотри же, береги себя, Гіацинта!" И потомъ еще возвратился и прибавилъ: "`Если ты не будешь съ точностью слѣдовать моимъ предписаніямъ, я не поручусь за послѣдствія". Я погрозила ему пальцемъ и сказала: "Ну, чего ты такъ тревожишься, глупый ты человѣкъ! "
-- Надѣюсь, мы выполняете всѣ его совѣты, замѣтила Молли.
-- О, да! Я чувствую себя гораздо лучше. Знаете ли, какъ ни поздно, а мнѣ кажется, вы могли бы еще отправиться къ мистрисъ Гуденофъ. Марія проводитъ васъ, а мнѣ доставитъ развлеченіе видѣть вашъ туалетъ. Послѣ того, какъ въ теченіе нѣсколькихъ дней поносишь одни теплыя и темныя платья, пріятно взглянуть на яркій, вечерній нарядъ. Пойдите же, душечка, и одѣньтесь скорѣй. Къ тому же, возвратясь изъ гостей, вы мнѣ разскажете, кого тамъ видѣли и. что дѣлали. За эти двѣ недѣли, что я принуждена была провести единственно въ обществѣ вашего папа и васъ, я совсѣмъ соскучилась и мной овладѣла нестерпимая хандра; да и не въ моихъ правилахъ мѣшать молодымъ людямъ пользоваться удовольствіями, свойственными ихъ возрасту.
-- О, мамѣ, прошу васъ, позвольте мнѣ остаться! Я предпочитаю не ѣхать.
-- Очень хорошо, очень хорошо! Только это весьма эгоистично съ вашей стороны, когда вы видите, что я такъ охотно, ради васъ, приношу себя въ жертву.
-- Вы говорите, что отпустить меня для васъ жертва, а я совсѣмъ не желаю ѣхать.
-- Очень хорошо, развѣ я ужь не сказала, что вы можете остаться? Только, прошу васъ, оставьте въ сторонѣ всѣ ваши логическіе выводы и доказательства: ничего нѣтъ несноснѣе для больныхъ, какъ слушать ихъ.
Въ комнатѣ на нѣсколько минутъ водворилось молчаніе, которое было прервано словами мистрисъ Гибсонъ:
-- Не можете ли вы сказать чего нибудь забавнаго и интереснаго, Молли?
Молли съ большимъ усиліемъ удалось вызвать изъ памяти два-три незначительныя и на половину забытыя событія, которыя ей самой ни чуть не казались интересными. Мистрисъ Гибсонъ на этотъ разъ, повидимому, была одного съ ней мнѣнія; она вздохнула и сказала: