Отецъ ея испустилъ продолжительный свистъ.
-- Онъ упоминалъ также о ребёнкѣ, продолжала Молли.-- Теперь, папа, исключая адреса, который у меня записанъ и спрятанъ дома, вы знаете столько же, сколько и я.
Забывъ, повидимому, позднюю ночную пору, мистеръ Гибсонъ сѣлъ, протянувъ ноги и засунувъ руки въ карманы, и задумался. Молли сидѣла тоже молча: бѣдняжка слишкомъ устала для всякой роли, кромѣ пассивной.
-- Хорошо! воскликнулъ онъ наконецъ, быстро вскакивая съ мѣста: -- теперь ночь и все равно ничего нельзя сдѣлать, а завтра утромъ я, можетъ быть, что нибудь и придумаю. Мое бѣдное, дорогое, маленькое, блѣдное личико! продолжалъ онъ, беря ее за голову и нѣжно цалуя. Потомъ онъ позвонилъ Робинзона и велѣлъ ему позвать служанку, которая проводила бы мисъ Гибсонъ въ ея комнату.
-- Онъ поздно встанетъ, сказалъ докторъ, уходя: -- горе до того утомило его, что онъ лишился всякой энергіи. Пошли ему завтракъ въ его комнату, а я постараюсь быть здѣсь къ десяти часамъ.
И онъ сдержалъ свое слово.
-- Ну, Молли, сказалъ онъ, поздоровавшись съ ней: -- теперь намъ съ тобой предстоитъ открыть ему истину. Не знаю, какъ онъ приметъ ее. Можетъ быть, онъ и найдетъ въ ней утѣшеніе, но я имѣю на это мало надежды. Во всякомъ случаѣ, онъ долженъ немедленно все узнать.
-- Робинзонъ говоритъ, что онъ снова ушелъ въ комнату, гдѣ лежитъ тѣло, и онъ боится, что сквайръ заперся изнутри.
-- Это ничего. Я позвоню и пошлю къ нему Робинзона сказать, что желаю съ нимъ говорить.
Посланный вернулся съ поклономъ отъ сквайра, который извинялся и отвѣчалъ, что не можетъ въ настоящую минуту принять мистера Гибсона. "Онъ долго не откликался на мой зовъ, сэръ", прибавилъ Робинзонъ.