XIV.
Молли Гибсонъ узнаютъ цѣну.
Мистеръ Гибсонъ вошелъ, потирая руки; на дворѣ морозило и онъ озябъ. Взглянувъ на него, Молли тотчасъ же узнала, что ему вполнѣ извѣстно настоящее положеніе дѣлъ въ замкѣ. Но онъ просто подошелъ къ сквайру, ожидая, чтобъ тотъ заговорилъ первый. Сквайръ суетился у огня, зажигая свѣчу, а потомъ, сдѣлавъ знакъ своему другу, на цыпочкахъ, направился къ дивану, и остерегаясь малѣйшаго шума, указалъ на спящаго ребёнка.
-- Да, это хорошій образчикъ юнаго джентльмена, сказалъ мистеръ Гибсонъ, возвращаясь къ камниному свѣту спорѣе, чѣмъ ожидалъ сквайръ.-- Я слышалъ, и мать его здісь -- мистрисъ Гибсонъ Гамлей, какъ теперь слѣдуетъ пазнвать ее. Бѣдняжка! говорятъ, она тутъ только вперпые узнала о смерти мужа.-- Онъ ни къ кому въ особенности не обращался, такъ что Молли или сивайръ могли по произволу отвѣчать ему. Сввайръ взялъ на себя этотъ трудъ.
-- Да! сказалъ онъ.-- Она была сильно поражепа. Мы ее снесли паверхъ и уложили на лучшую постель въ домѣ. Я желалъ бы, чтобъ вы на нее взглянули, Гибсонъ, если только она васъ допуститъ къ себѣ. Ради Осборна, мы выполнимъ нашъ долгъ въ отношеніи къ ней. Еслибъ онъ могъ видѣть своего малютку, лежащаго здѣсы Я увѣренъ, что тайна, которую онъ скрывалъ отъ меня, сильно тяготила его. Да, да; но ему слѣдовало бы лучше знать меня! Онъ могъ бы, кажется, убѣдиться въ томъ что я лаю, но не кусаюсь. Теперь же все кончено и а молю Бога, да проститъ онъ мнѣ мою суровость въ сыну. Я жестоко за нее наказанъ!
Молли начинала терять терпѣніе.
-- Папа, сказала она:-- я боюсь, что мистрисъ Осборнъ очень больна -- можетъ быть, опаснѣе, чѣмъ мы полагаемъ. Не пойдти ли намъ къ ней сейчасъ же?
Мистеръ Гибсонъ послѣдовалъ за дочерью наверхъ. Сквайръ также за ними поплелся, думая, что тѣмъ самымъ исполняетъ свою обязанность. Онъ даже чувствовалъ нѣкоторое довольство собой за то, что превозмогъ свое желаніе остаться съ ребёнкомъ. Они пришли въ комнату, куда ее отнесли. Она лежала все въ томъ же положеніи и совершенно неподвижно. Глаза ея были открыты, но сухи и пристально устремлены на одну точку въ стѣнѣ. Мистеръ Гибсонъ заговорилъ съ ней, но не получилъ никакого отвѣта. Онъ взялъ ее за руку и пощупалъ пульсъ; по она, повидимому, не замѣтила этого.
-- Принеси мнѣ поскорѣе вина и закажи бульйону, сказалъ онъ Молли.
Но когда вино было поднесено къ ея рту, она не сдѣлала ни малѣйшаго усилія, чтобъ проглотить его, и оно потекло по подушкѣ. Мистеръ Гибсонъ быстро вышелъ изъ комнаты; Молли старалась согрѣть ея маленькую холодную ручку; сквайръ стоялъ неподвижно, пораженный страхомъ и, вопреки самому себѣ, тронутый безпомощностью молодой женщины, которая, но всему было видно, была горячо любима.