-- Ахъ ты, мой милый забавникъ! Ну, не права ли я? Ты своимъ остроуміемъ подкупилъ бы всѣхъ присяжныхъ. Гдѣ до тебя Вальтеру! Онъ далеко не такъ уменъ, какъ ты, а между тѣмъ, въ состояніи показать Цинціи Парижъ и другія мѣста. Надѣюсь, однако, что его баловство не разовьетъ въ Цинціи дурныхъ наклонностей. Мы уже цѣлую недѣлю не имѣемъ отъ нея писемъ, а я такъ усердно просила ее описать мнѣ осеннія моды въ Парижѣ, чтобъ по нимъ заказать себѣ новую шляпу! Ни богатство такъ быстро портитъ людей.
-- Благодари судьбу, моя душа, что ты избавлена отъ соблазна.
-- Нисколько: подвергаться соблазну весьма пріятно, а противостоять ему очень легко, стоитъ только захотѣть.
-- Я не нахожу, чтобъ это было такъ легко, моя милая, возразилъ ея мужъ.
-- Вотъ вамъ лекарство, мама, сказала Молли, входя въ комнату съ письмомъ въ рукахъ.-- Письмо отъ Цинніи.
-- О, вы милая, дорогая возвѣстительница пріятныхъ событій! Письмо изъ Кале. Они возвращаются въ Англію! Она мнѣ везетъ шаль и шляпку! Дорогое мое дитя! Она всегда прежде думаетъ о другихъ, чѣмъ о себѣ: счастіе не можетъ испортить ее. У нихъ остается въ распоряженіи еще двѣ недѣли свободнаго времени, квартира ихъ еще неготова и они ѣдутъ къ намъ. О, мистеръ Гибсонъ, мы непремѣнно должны купить новый столовый сервизъ, который мнѣ такъ давно приглянулся у Уатса! Цинціи говоритъ, что возвращается "домой". Она, моя голубушка, дѣйствительно, была здѣсь совершенно какъ дома. Я увѣрена что во всемъ мірѣ не существуетъ другого такого вотчима, какъ нашъ дорогой папа. А вамъ. Молли, я непремѣнно куплю новое платье.
-- Полно, полно, моя милая! Ты забываешь, что я не принадлежу къ нынѣшнему поколѣнію, сказалъ мистеръ Гибсонъ.
-- Цинція, я полагаю, не обратитъ никакого вниманія на мои нарядъ, замѣтила Молли, обрадованная вѣстью о скоромъ пріѣздѣ Цинціи.
-- Она нѣтъ, но Вальтеръ другое дѣло. У него очень много вкуса и онъ знаетъ толкъ въ женскомъ туалетѣ, а я ни въ чемъ не хочу уступать папа: если онъ хорошій вотчимъ, то и я, въ свою очередь, недурная мачиха. Я не желаю, чтобъ Молли имѣла видъ замарашки, и готова все сдѣлать, лишь бы выставить ее въ наилучшемъ свѣтѣ. Да и мнѣ самой нужно новое платье. Нехорошо намъ показываться все въ однихъ и тѣхъ же платьяхъ.
Но Молли рѣшительно возстала противъ новаго платья для себя, говоря, что если Цинція и Вальтеръ намѣрены въ будущемъ часто навѣщать ихъ, то лучше имъ съ перваго же раза узнать, въ чемъ состоятъ привычки и особенности ихъ образа жизни. Когда мистеръ Гибсонъ вышелъ изъ комнаты, мистрисъ Гибсонъ начала громко упрекать Молли за ея упрямство.