Катя. Ахъ, что такое мать? У него мать -- глупое, ограниченное существо. Какую пользу можетъ принести ему такая глупая мать, какъ я! Я знаю хорошо, какъ я глупа и невѣжественна. Они мнѣ это повторяли изо дня въ день. Они меня сдѣлали такой маленькой и ничтожной, что я сама себѣ противна. Нѣтъ, нѣтъ, прочь отсюда, прочь!
Г-жа Фок. Но, Катюша, опомнись-же! Уѣзжать отъ мужа и отъ ребенка... Прошу тебя ради Бога, ради Христа.
Катя. Развѣ онъ былъ когда нибудь моимъ? Прежде владѣли имъ друзья, теперь Анна. Со мной одной онъ никогда не былъ счастливъ. Я проклинаю свою жизнь. Довольно съ меня этого проклятаго существованія.
Г-жа Фок. (приходитъ въ экстазъ, какъ будто подъ вліяніемъ внезапнаго просвѣтлѣнія. Глаза дѣлаются неподвижными и блестятъ; щеки то краснѣютъ, то блѣднѣютъ). Видите вы? видите? (указываетъ пальцемъ въ пространство). Посмотрите только. Помните, что я всегда говорила. Посмотрите. Домъ изъ котораго, говорила я, изгоняется Господь Богъ, такой домъ разрушается. Посмотрите. Вы не ошибаетесь. Видите-ли вы? Что я говорила? Сперва вѣроотступникъ, теперь прелюбодѣй, а тамъ... Катя!!
Катя (борясь съ обморокомъ). Нѣтъ, мамаша, нѣтъ. Я... Я...
Г-жа Фок. Катя, соберись съ духомъ, пойдемъ. Кто-то идетъ. Пойдемъ (уходятъ въ спальню. Гансъ входитъ съ веранды. Г-жа Фок. открываетъ дверь спальни).
Г-жа Фок. А, это ты, Гансъ (входитъ, стараясь побороть свое волненіе, дѣлаетъ видъ, что ищетъ что-то въ комнатѣ). Ну, Гансъ.
Гансъ. Что, мамаша?
Г-жа Фок. Ничего (Гансъ смотритъ на нее вопросительно). Что ты думаешь, Гансъ?
Гансъ. Мнѣ показалось, что ты... Я хочу сказать, я не люблю, когда на меня такъ смотрятъ.