(Слуги приносятъ на серебряномъ столикѣ завтракъ Карлу; другіе вносятъ воду для омовенія рукъ въ серебряномъ кувшинѣ и серебряный тазъ. Капелянъ, не прежній, а другой, вноситъ фоліантъ, который ставитъ на пюпитръ и открываетъ. Рорико уходитъ съ поклономъ. Ученикъ придворной школы, мальчикъ лѣтъ шестнадцати, становится возлѣ Карла, державъ рукахъ дощечки для писанія. Карлъ садится на кресло; ему пододвигаютъ столикъ, льютъ воду на руки и капелянъ откашливается, намѣреваясь начать чтеніе)
КАРЛЪ (дѣлая знакъ рукою капеляну). Нѣтъ, сегодня читать не будемъ Августина.
(Капелянъ удаляется, поклонившись. Король Карлъ садится за ѣду)
КАРЛЪ (во время ѣды). Ну что, скажи мнѣ, мальчикъ: не трещалъ сегодня потолокъ, какъ прошлой ночью, по твоимъ словамъ? Что это значитъ? Ужели стѣны рушатся въ дворцѣ, не дожидаясь, чтобы сокрушилъ ихъ датчанинъ Готфридъ? Что шепчутъ прорицатели? Что сочтены дни короля? Конечно, сочтены -- какъ ваши, какъ сочтенъ и волосъ каждый на глупой головѣ твоей. Запиши: король нашъ Карлъ, въ теченьи долгой жизни своей, разъ десять становился старымъ и снова молодымъ. А умретъ онъ, когда на то Господня воля будетъ -- а не тогда, когда въ дворцѣ трескъ потолка услышатъ.
(Рорико вводитъ снова Герзуинду, разговаривая съ ней. Въ противоположность своему первому появленію, она теперь по-дѣтски оживленна и весела. Услышавъ голосъ Карла, она внимательно прислушивается)
КАРЛЪ (слегка смущенный). Вотъ это хорошо! Хвалю! Я вижу, ты пришла открыть мнѣ одному -- и даже Рорико, я думаю, тутъ лишній -- твои желанья и тревоги, чтобъ мы вдвоемъ рѣшили, какъ къ лучшему все измѣнить. (По его знаку всѣ, кромѣ Герзуинды, удаляются. Оставшись съ нею наединѣ, онъ продолжаетъ) Говори безъ всякаго стѣсненья, Герзуинда.
ГЕРЗУИНДА (съ серьезнымъ, нѣсколько выжидательнымъ, лукавымъ выраженіемъ лица). Хочу свободной быть!
КАРЛЪ. Ну да, ты хочешь... Тянетъ тебя на родину, въ лѣса, гдѣ на стволахъ старинныхъ буковъ висятъ еще изображенья языческой богини Фреи, а не Маріи, матери Господней. Вернуться къ дядѣ дикарю ты хочешь...
ГЕРЗУИНДА. О, нѣтъ! Хочу я быть свободной и отъ дяди.
КАРЛЪ. Что? Вѣдь ты рыдала тутъ въ его объятьяхъ.