Онъ поднялся, чтобъ идти въ свою комнату приготовиться къ службѣ, каждый день совершаемой въ церкви для больныхъ.
Совѣтникъ, утомленный длинною дорогой, остался въ трапезной и, сидя за стаканомъ вина; думалъ о юношѣ, такъ удивившемъ его сегодня. Немного спустя, въ комнату вошла старая, сѣдая крестьянка, съ большою корзиной, полной травъ. Опустивъ ношу, она начала выкладывать и сортировать травы.
-- Вы рады, матушка, что къ вамъ пришелъ гейдельбергскій священникъ?-- началъ Эрастъ разговоръ.
-- Рады,-- сказала старуха.-- Да, онъ спасъ насъ.
-- Дѣйствительно, если сравнить положеніе дѣлъ у васъ и въ Петерсталѣ, то приходится удивляться этому человѣку.
-- А если бы вы видѣли, какое чудо онъ сотворилъ на лугу, то вы бы еще иначе заговорили.
-- Какое чудо, матушка?
-- А вы не знаете?-- живо спросила старуха.-- Ну, такъ вы ничего не знаете! Посмотрѣли бы вы, какъ этотъ человѣкъ цѣлый день говорилъ народу и все напрасно. Здоривые собрали пожитки и хотѣли бѣжать по тропинкамъ, не охраняемымъ стражей. Негодяи грабили покинутые дома и дѣлали всякое зло беззащитнымъ. Больные лежали безпомощно въ домахъ, на улицахъ, въ чистомъ полѣ. Тогда чужой священникъ началъ грозить убѣгающимъ карою небесной, если они покинутъ своихъ братій въ бѣдѣ. Тотчасъ же совершилось первое чудо. Предводитель бѣглецовъ, больше всѣхъ подзадоривавшій ихъ, хотѣлъ черезъ каменоломни, за дворомъ Шперлинга достигнуть тропинки, по которой можно попасть къ Лейнингену, не будучи схваченнымъ. Вдругъ, почти совсѣмъ уже вверху, онъ оступился, упалъ въ каменоломню и сломалъ себѣ шею. Еслибъ вы видѣли тогда священника! Съ разгорѣвшимся лицомъ, протягивая руку къ тому мѣсту, онъ обратился въ толпѣ съ словами: "-- Говорю вамъ: всякій, переступившій эту дорогу, погибнетъ такъ же",-- и онъ началъ молиться Богу, чтобъ Господь погубилъ всѣхъ губящихъ своихъ братьевъ и помогъ всѣмъ помогающимъ братьямъ. Около каменоломней стоитъ святой крестъ, который курфюрстъ хотѣлъ сломать, какъ идольское изображеніе; но прихожане возстали противъ этого, потому что онъ давно стоитъ передъ монастыремъ и почитается, какъ древняя святыня; но Св. Дѣва и Ученикъ были, все-таки, отломаны и приняты, и остался только одинъ Спаситель на крестѣ. Къ Нему-то обратился чужой священникъ, и еслибъ вы слышали, какъ онъ молился Христу... кажется, самые камни тронулись... Слезы текли у насъ по щекамъ. Тогда священникъ воскликнулъ:
"-- Ты хочешь, Господи! Дай знакъ, что Ты хочешь!"
И онъ простеръ обѣ руки въ Спасителю, будто желая Его обнять, и воскликнулъ: