-- Кто тѣ три свидѣтеля, отъ которыхъ она скрылась?-- громко спросилъ онъ начальника полиціи.
-- Сыновья хозяина гостиницы "Роза" и работникъ Майеръ съ мельницы Семимельничной долины.
-- Негодяи? Не правда ли?
-- Ну, это какъ считать. Работникъ съ мельницы, правда, хитрый и смѣлый малый, не боющійся ни колдуній, ни чорта. Онъ даже подсмотрѣлъ у бѣлаго камня чортовъ шабашъ.
-- Какъ, въ моей землѣ бываютъ сборища колдуній?-- съ изумленіемъ спросилъ герцогъ.
-- Не далѣе какъ за два часа разстоянія отъ собственнаго города вашего высочества. Вашему высочеству извѣстенъ пустынный холмъ надъ источникомъ Семимельничной долины, поросшій татарникомъ и терновникомъ. Это уединенное мѣсто называется "у бѣлаго камня". За нимъ тянется лѣсъ. Въ Ивановъ день работникъ Майеръ выслѣживалъ въ лѣсу оленя и вдругъ его поразилъ огненный свѣтъ. Сначала онъ подумалъ, что это востеръ, разложенный лѣсниками на Ивановъ день. Но, вышедши изъ лѣсу, онъ увидалъ два высокіе огненные столба, обливающіе краснымъ и желтымъ свѣтомъ весь холмъ, и на высокомъ Нистлерѣ онъ замѣтилъ тотъ же желтый свѣтъ. Вокругъ костра онъ увидалъ пляшущихъ мужчинъ и женщинъ, ярко освѣщенныхъ красноватымъ пламенемъ", падающія отъ нихъ тѣни достигали до него. Странная, звонкая музыка колокольцовъ и бубенчиковъ, смѣшиваясь съ звуками флейты, рѣзво нарушала ночную тишину. Онъ силою удерживалъ ноги, чтобы не затанцовать, говорилъ онъ. Сквозь кусты онъ увидалъ медленно подвигающуюся во мракѣ толпу людей. Вдругъ кустъ, въ который онъ спрятался, освѣщается и онъ видитъ чорта, держащаго въ лапѣ, вмѣсто факела, дѣтскую ручку, ярко горящую. За чудовищемъ, къ счастью повернувшимся къ нему спиной, выступали закутанныя и замаскированныя фигуры. Онъ никого не узналъ. Дальше ему стало такъ страшно, что онъ бросился на землю и уползъ въ лѣсъ. Всю жизнь, говоритъ парень, не забудетъ онъ испытаннаго на, возвратномъ пути страха. Мѣсяцъ свѣтилъ тускло, словно возмущенный видимою имъ мерзостью. На деревѣ у поворота, гдѣ, когда онъ пришелъ, все было тихо и пусто, сидѣлъ теперь чортъ и ударялъ лисьимъ хвостомъ въ барабанъ, такъ что далеко раздавалось: тапъ, тапъ, тапъ... Сзади него въ вѣтвяхъ сидѣлъ музыкантъ, играя на флейтѣ танецъ, созывающій всякій сбродъ. Когда работникъ проскользнулъ мимо, читая молитву и не поддаваясь искушенію, за нимъ поднялся дьявольскій хохотъ, повторяемый всею долиной. А на Хольтерманѣ стояли четыре молодыхъ колдуньи верхомъ на метлахъ. Потомъ поднялся свистъ, барабанный бой, топотъ, визгъ немазаныхъ колесъ. Верхомъ на кочергахъ, вилахъ, метлахъ и палкахъ, въ телѣжкахъ, запряженныхъ котами, и верхомъ на зайцахъ промчалась какъ разъ передъ нимъ толпа колдуній. Лающія собаки бросились ему въ ноги, совы крыльями ударяли по лицу, такъ что онъ отъ ужаса упалъ замертво. Когда, очнувшись, онъ пошелъ дальше, онъ увидалъ цѣлое общество мужчинъ и женщинъ вокругъ стола, уставленнаго великолѣпными блюдами. На главномъ мѣстѣ сидѣлъ самъ чортъ и увеселялъ пирующихъ игрой на волынкѣ. На немъ были красные съ голубымъ чулки, огненная борода и остроконечная шляпа, отдѣланная пестрыми шнурочками и пѣтушьими перьями. Когда чортъ направилъ на работника свой огненный взоръ, тотъ въ ужасѣ вскричалъ: "святъ, святъ, святъ!" Вдругъ земля содрогнулась и онъ, оглушенный, упалъ. Тутъ онъ узналъ, что сидитъ у живодерни около павшей лошади и костей казненныхъ. Дальше до Семимельничной долины съ нимъ ничего особеннаго больше не случилось, кромѣ встрѣчи трехъ зайцевъ, изъ которыхъ одинъ былъ похожъ на козу. Когда онъ, собравшись съ силами, крикнулъ: "стой, во имя тріединаго Бога!" -- зайцы обратились въ трехъ черныхъ вороновъ и полетѣли къ Хейлигенбергу. Съ этихъ поръ чортъ, какъ битая собака, избѣгаетъ Майера,-- такъ разсказывалъ мнѣ онъ самъ.
Начальникъ полиціи, изучавшій словесныя науки, умолкъ и, окончивъ свое поэтическое повѣствованіе, отеръ потъ со лба.
Курфюрстъ слушалъ его сначала удивленно, потомъ недовѣрчиво и, наконецъ, съ нескрываемымъ негодованіемъ.
-- Если что-нибудь подобное, -- заговорилъ курфюрстъ,-- и происходитъ, то это потому, что вы терпите здѣсь всякій сбродъ, приносящій только вредъ почтеннымъ людямъ: скомороховъ, гадалокъ, предсказателей, коробочниковъ съ картинами, шарлатановъ, заклинателей и другихъ проходимцевъ, шныряющихъ между епископствами рейнскимъ и майнскимъ; все это бездѣльники и если они и не въ союзѣ съ дьяволомъ, то, все-таки, недалеко отъ этого.
-- Эти бездѣльники не стали бы маскироваться, всемилостивый государь,-- отвѣчалъ начальникъ полиціи.