-- И такъ, курфюрстъ разрѣшилъ, чтобы ты не разставалась со мной,-- сказалъ онъ, нѣжно гладя ея свѣтлые волосы.
Лидія не противорѣчила отцу; пусть онъ думаетъ, что она для него здѣсь. Когда Эрастъ повнимательнѣе вглядѣлся въ свое единственное сокровище, его испугалъ лихорадочный румянецъ щекъ и усиленный пульсъ Лидіи.
-- Ты бы легла, Лидія, тебѣ необходимо спокойствіе,-- сказалъ онъ озабоченно.-- Я боюсь, не начинается ли съ тобой какая-нибудь серьезная болѣзнь.
Бѣдное дитя повиновалось. Несмотря на всѣ старанія Эраста, чтобы ничто не безпокоило ее, Лидія не могла заснуть. Наконецъ, она рѣшилась облегчить свое сердце, такъ какъ отецъ все равно долженъ же все узнать.
Молча слушалъ несчастный отецъ разсказъ плачущей дѣвушки.
-- Они учителя ветхаго завѣта,-- подумалъ онъ,-- они истребляютъ и сѣмя враговъ.-- Потомъ онъ медленно наклонился къ Лидіи и поцѣловалъ ея чистый лобъ.
-- То, что ты здѣсь, дитя мое,-- нѣжно сказалъ онъ,-- доказываетъ милость курфюрста. Но если даже зависть восторжествуетъ, то мы погибнемъ вмѣстѣ.
Лидія нѣжно обвила руками его шею, нѣсколько разъ горячо поцѣловала отца, потомъ крѣпко и спокойно заснула. Потрясенный до глубины души отецъ, лежа на своей кровати, обдумывалъ, къ кому бы ему обратиться, чтобы вырвать дочь изъ рукъ этихъ ужасныхъ людей.
-- Если нѣтъ другаго выхода, то въ слѣдующій же допросъ я признаю себя виновнымъ,-- рѣшилъ Эрастъ.-- Этимъ, по крайней мѣрѣ, избавлю ее отъ позора и мученія пытокъ. Боже праведный, Ты простишь намъ эту ложь. Мы слишкомъ слабы, чтобы вынести эти испытанія... Я узнаю Твою десницу,-- прибавилъ онъ съ горечью.-- Тяжелыми путями хочешь Ты вывести меня изъ заблужденія.
Такъ говорилъ арестантъ, полный раскаянія, такъ какъ онъ самъ однажды написалъ книгу о чертовщинѣ и колдовствѣ, въ которой одобрялъ, -- отчего онъ не можетъ теперь отречься, -- жестокія преслѣдованія начальства.