Сверху через открытый люк раздаются свистки и крики вахтенных. Эти крики и свистки напоминают краснофлотцам о том, что после обеденного отдыха подводные лодки снимаются с якоря.
Краснофлотцы засыпают крепким сном на два часа.
Максимыч берет Керзона на руки и уходит на подводную лодку, чтобы еще раз проверить сто раз проверенное.
Так делает он каждый раз перед выходом «Пролетария» в море.
II
Два дня бродили подводные лодки по морю: погружались, всплывали снова. Устраивали атаки и нападения на вымышленного врага, чтобы потом, когда настоящий враг объявит войну, не промахнуться.
К вечеру третьего дня негаданно налетел шторм. Покрыв море непроглядным, зловещим туманом, он развел волны, и они разбросали подводные лодки в разные стороны, загнали их под воду. «Пролетарий» идет в гавань один. По радио он узнал, что почти все его братья возвратились в гавань, и теперь торопится туда сам, пробивая дорогу острым своим носом сквозь разъяренные, волны, вой ветра и качку.
Шторм продолжает свирепеть. Черные волны, похожие на диких, сорвавшихся с цепи зверей, пеня белые гривы свои, упорно захлестывают «Пролетария», раскачивая его, как маятник.