"Надо лечь,- опять мель­к­ну­ла мыс­ль,- на­до лечь за ка­мень и креп­че дер­жать ма­узер".

В гла­зах его сра­зу вдруг по­тем­не­ло, и он не ви­дел уже боль­ше, ку­да идет. По­том он слег­ка вскрик­нул, по­то­му что зем­ля под его но­га­ми ку­да-то ис­чез­ла, и сам он ска­тил­ся в ка­кую-то тем­ную глу­бо­кую яму.

Но ку­да по­пал, ра­зоб­рать он не мог, по­то­му что от по­те­ри кро­ви и от не­че­ло­ве­чес­кой ус­та­лос­ти он по­те­рял соз­на­ние.

Дядя Иван, не дож­дав­шись Рем­ме­ра, ис­пу­гал­ся по­ряд­ком. С рас­све­том он вы­лез из сво­его убе­жи­ща и стал об­ша­ри­вать со­сед­ние кус­ты. Но там ни­ко­го уже не бы­ло. Эк­с­пе­ди­ция Штоль­ца сня­лась еще до рас­све­та, а Рем­мер так и про­пал без вес­ти.

"Как бы че­го пло­хо­го не слу­чи­лось,- по­ду­мал дя­дя Иван.- И ку­да это он дел­ся-то?"

Он пос­то­ял в не­ре­ши­тель­нос­ти, по­том за­во­пил во всю глот­ку: - Го-о-о...

Раскатившееся по го­рам эхо уде­ся­те­ри­ло си­лу его го­ло­са, и дя­дя Иван пе­ре­пу­гал­ся еще боль­ше, по­то­му что его мог­ли ус­лы­шать ушед­шие ут­ром лю­ди.

Так про­ша­тал­ся он без тол­ку до по­луд­ня, по­том за­ку­сил кол­ба­сой и по­шел об­рат­но со­об­щить о слу­чив­шем­ся Ба­рато­ву.

Вера бы­ла уже там. Она бы­ла страш­но по­ра­же­на тем, что Рем­мер не дож­дал­ся ее. Она при­еха­ла со­об­щить ему, что слу­чай­но от За­поль­с­ко­го ей уда­лось уз­нать о том, что Вик­тор ско­ро бу­дет арес­то­ван, ибо в ру­ках у по­ве­сив­ше­го­ся че­че­точ­ни­ка Кош­ки­на бы­ла най­де­на ма­лень­кая звез­доч­ка из ураль­с­ко­го кам­ня, при­над­ле­жав­шая Рем­ме­ру. И в уг­ро­зыс­ке бы­ло твер­дое по­доз­ре­ние, что че­че­точ­ник не по­ве­сил­ся, а был по­ве­шен.

Ошеломленный та­ким со­об­ще­ни­ем Ба­ра­тов не знал в пер­вую ми­ну­ту, что и от­ве­чать. Нес­мот­ря на не­сом­нен­ную яс­ность до­ка­за­тель­с­т­ва, он ужас­нул­ся от мыс­ли о не­ле­пом и тя­же­лом об­ви­не­нии, предъ­яв­лен­ном Рем­ме­ру.