- Да, ко­неч­но, уж ес­ли по­эт... Это все та­кой на­род.- И он мах­нул ру­кой.-

Ото я чи­тал в га­зе­те - один по­ве­сил­ся в Мос­к­ве не­дав­но.

- Конечно, по­ве­сил­ся, -под­т­вер­дил я. -Да что там один, они дю­жи­на­ми ско­ро ве­шать­ся бу­дут, по­то­му что на­род все не­урав­но­ве­шен­ный­, раз­ве толь­ко один Ма­яков­с­кий­... Вы про Ма­яков­с­ко­го слы­ха­ли, то­ва­рищ?

- Про ка­ко­го?

- Про Ма­яков­с­ко­го, го­во­рю.

- Нет, -сказал он, по­ду­мав. -Как буд­то зна­ко­мая фа­ми­лия, а точ­но ска­зать не мо­гу.

Мне пон­ра­вил­ся этот спо­кой­ный­, флег­ма­тич­ный ми­ли­ци­онер. Нас ско­ро от­пус­ти­ли, но на Ни­ко­лая сос­та­ви­ли все-та­ки про­то­кол и взя­ли с не­го обя­за­тель­с­т­во уп­ла­тить 25 руб­лей штра­фа по при­ез­де на мес­то пос­то­ян­но­го жи­тель­с­т­ва.

Жили мы в этом го­ро­де, как пти­цы не­бес­ные. Днем до оду­ри бро­ди­ли, ва­ля­лись на сол­н­це, по кру­тым хол­мам воз­ле го­ро­да. Иног­да днем я или Ни­ко­лай ухо­ди­ли в ре­дак­цию, пи­са­ли очер­ки, фель­ето­ны, бра­ли трех­руб­ле­вые аван­сы в счет го­но­ра­ра, а го­но­рар са­мый мы ос­тав­ля­ли для по­куп­ки би­ле­тов на даль­ней­ший путь.

Ночевать мы ухит­ря­лись так: стан­ция там ма­лень­кая, не уз­ло­вая. Пос­лед­ний по­езд ухо­дит в де­сять ве­че­ра, пос­ле че­го со стан­ции вы­ме­та­ют всю пуб­ли­ку, а по­том впус­ка­ют че­ло­век двад­цать - трид­цать, тех, кто в це­лях эко­но­мии до­ехал сю­да бес­п­лац­кар­т­ным то­ва­ро-пас­са­жир­с­ким по­ез­дом, что­бы уже здесь сесть на про­хо­дя­щий даль­ше плац­кар­т­ный.

Тогда я от­п­рав­лял­ся к аген­ту, по­ка­зы­вал кор­рес­пон­ден­т­с­кое удос­то­ве­ре­ние и го­во­рил, что в го­ро­де сво­бод­ных но­ме­ров нет, а ехать нам даль­ше толь­ко зав­т­ра. Агент да­вал за­пис­ку на од­ну ночь. Аген­ты де­жу­ри­ли пос­мен­но. Их бы­ло семь че­ло­век, и семь раз, семь но­чей я по­лу­чал раз­ре­ше­ние; но на вось­мой раз я уви­дел де­жу­рив­ше­го в пер­вую ночь...