"Вероятно, он при­хо­дил уже, не зас­тал нас и по­шел ра­зыс­ки­вать", -ре­ши­ли мы.

Однако про­шел час, дру­гой­, а он все не воз­в­ра­щал­ся. Мы за­бес­по­ко­ились.

Николай вер­нул­ся в две­над­цать ча­сов но­чи. Он не сто­ял на но­гах, был аб­со­лют­но пьян, вы­ру­гал ме­ня сво­лочью, за­явил Ри­те, что лю­бит ее до бе­зу­мия, по­том обоз­вал... прос­ти­тут­кой и, по­кач­нув­шись, грох­нул­ся на пол. Дол­го он что-то бор­мо­тал и на­ко­нец ус­нул.

Рита мол­ча­ла, ут­к­нув­шись го­ло­вой в по­душ­ку, и я ви­дел, что вот-вот она го­то­ва раз­ры­дать­ся.

В кар­ма­нах Ни­ко­лая я на­шел двад­цать семь ко­пе­ек; би­ле­тов не бы­ло, и все ос­таль­ное бы­ло про­пи­то, оче­вид­но, в ка­ба­ке с груз­чи­ка­ми.

Утро бы­ло тя­же­лое. Ни­ко­лай дол­го мол­чал, оче­вид­но, толь­ко те­перь на­чи­ная соз­на­вать, что он на­де­лал.

- Я под­лец, -глу­хо ска­зал он, -и са­мое луч­шее бы­ло бы бро­сить­ся мне с го­ры вниз баш­кой.

- Глупости, -спокойно обор­вал я. -Ерун­да... С кем не бы­ва­ет. Ну, слу­чи­лось... Ну, ни­че­го не по­де­ла­ешь. Я се­год­ня пой­ду в кон­тор­ку и ска­жу, что­бы нас за­чис­ли­ли на пог­руз­ку опять. По­ра­бо­та­ем сно­ва. Бе­да ка­кая!

Днем Ни­ко­лай ле­жал. У не­го пос­ле вче­раш­не­го бо­ле­ла го­ло­ва. А я опять тас­кал меш­ки, бо­чон­ки с про­гор­к­лым мас­лом и свер­т­ки мок­рых, не­вы­де­лан­ных кож.

Когда я вер­нул­ся, Ри­ты не бы­ло до­ма.