Долго я всмат­ри­вал­ся в одут­ло­ва­тое, по­си­нев­шее ли­цо, гля­дел на меш­ки под вва­лив­ши­ми­ся гла­за­ми и уз­на­вал Яш­ку, и не мог уз­нать его. Толь­ко ког­да по­вер­нул­ся он пра­вой сто­ро­ной к све­ту, ког­да уви­дел ши­ро­кую по­ло­су са­бель­но­го шра­ма по­пе­рек шеи, я встал и по­до­шел к не­му, хлоп­нул его по пле­чу и крик­нул ра­дос­т­но:

- Яшка Сер­гу­нин... Ми­лый друг! Уз­на­ешь ме­ня?

Он, не рас­слы­шав воп­ро­са, враж­деб­но под­нял на ме­ня тус­к­лые, от­рав­лен­ные ко­ка­ином и вод­кой гла­за, хо­тел вы­ру­гать­ся, а мо­жет быть, и уда­рить, но ос­та­но­вил­ся, смот­рел с пол­ми­ну­ты прис­таль­но, нап­ря­гая, по-ви­ди­мо­му, всю свою па­мять. По­том уда­рил ку­ла­ком по сто­лу, пе­рек­ри­вил гу­бы и крик­нул:

- Сдохнуть мне, ес­ли это не ты, Гай­дар!

- Это я, Яш­ка. Иди­от ты эта­кий­! Сво­лочь ты... Ми­лый друг, сколь­ко лет мы с то­бой не ви­де­лись? Ведь еще с тех пор...

- Да,- от­ве­тил он.- Вер­но. С тех пор... С тех са­мых пор. Он за­мол­чал, нах­му­рил­ся, вы­нул бу­тыл­ку, от­пил из гор­лыш­ка и пов­то­рил:

- Да, с тех са­мых пор.

Но бы­ло вло­же­но в эти сло­ва что-то та­кое, что зас­та­ви­ло ме­ня нас­то­ро­жить­ся. Боль, слов­но кап­ля кро­ви, выс­ту­пив­шая из на­дор­ван­ной ста­рой ра­ны, и враж­деб­ность ко мне, как к кам­ню, из-за ко­то­ро­го на­дор­ва­лась эта ра­на...

- Ты пом­нишь? -ска­зал я ему. Но он обор­вал ме­ня сра­зу.

- Оставь! Ма­ло ли что бы­ло. На вот, пей, ес­ли хо­чешь, -и до­ба­вил с из­дев­кой­: -Вы­пей за упо­кой.