-- Счастливицы вы, женщины, въ этомъ отношеніи,-- сказалъ оживленно Николай Александровичъ:-- мы, мужчины, обыкновенно лишены этого удовольствія.
-- Кто же вамъ мѣшаетъ?
-- Какъ вамъ сказать; мы отвыкли отъ этого. Я говорю про штатскихъ. Посмотрите,-- большинство не танцуетъ, военные...
-- Военные лучше васъ,-- перебила Соня. И улыбнувшись ему и блестя глазами, добавила:-- по крайней мѣрѣ въ танцахъ.
-- Въ танцахъ -- пожалуй, вы правы. Это ихъ единственно неотъемлемыя достоинства.
-- Вы не любите военныхъ?
-- А вы?
-- Я? -- сказала Соня, смотря на него широко-раскрытыми блестящими глазами, какъ будто удивляясь, какъ можно спрашивать объ этомъ. -- Я? да, я люблю ихъ.-- Она засмѣялась. Нѣтъ, вы не можете понять, какой смѣшной вопросъ вы мнѣ задали! -- сказала она сквозь смѣхъ. -- Развѣ можно ихъ не любить?
-- Если бы я былъ женщиной, то я бы тоже предпочиталъ ихъ штатскимъ. Мы хороши -- простите за откровенность -- какъ мужья, но не какъ кавалеры.
-- Нѣтъ, это неправда. Я шучу. Я заступлюсь за васъ, если вы не умѣете сами за себя заступиться, я лично,-- она подняла глаза и остановила взоръ на Николаѣ Александровичѣ,-- стала бы охотнѣе танцовать со штатскими, чѣмъ съ военными.