Она подняла къ небу свои глаза.
-- Посмотрите, не это ли Медвѣдица, да? -- спросила она, какъ бы не обращая вниманія на его слова. И она опять это сдѣлала потому, что почувствовала себя такой счастливой отъ его словъ и влюбленной въ него, что не хотѣла, чтобы онъ это замѣтилъ.
-- Я говорю правду,-- повторилъ онъ настойчиво, чувствуя, что приближается къ желанной цѣли.
-- Ну такъ что-жъ, что правду!..-- сказала она, смѣясь и не сводя глазъ съ неба.-- Не нужно говорить всякую правду. Я никогда не сказала бы въ этомъ отношеніи правды.
Она сказала это такъ просто, что онъ даже не понялъ, какой шагъ къ сближенію она сдѣлала этими словами, и спросилъ:
-- Отчего?
-- Оттого, что для насъ, женщинъ, эти слова имѣютъ всегда болѣе серьезный смыслъ, чѣмъ для васъ...
-- Я готовъ отдать за это все, что вамъ угодно.
-- Ничего мнѣ не нужно.-- Она помолчала немного, точно о чемъ-то думая.-- Если хотите, будемъ друзьями и... не уѣзжайте...-- прошептала она.-- Вы берете отпускъ. Мнѣ Зина говорила.
-- Да, беру. И вы знаете, почему?