- Побудьте еще немного с нами, Гильдегарда. Мне приятно видеть, что вы напоминаете вашего брата выражением глаз, тех прекрасных, честных глаз, в которые я так любил смотреть. Скажите мне, как переносит ваше сердце разлуку с Реймаром?
Гильдегарда отвечала только слезами.
- Вот, взгляните-ка, старый друг, эта бедняжка никак не может забыть той "руки", которую вы решились отсечь в гневе!
- Перейдем к другому разговору; я не люблю вспоминать прошлое, - отвечал уклончиво Стеен.
- И я понимаю почему: потому что ваше внутреннее сознание не могло бы оправдать вашей суровости.
- Вот ведь я так радовался нашему свиданию, - сказал хозяин дома нерешительно, - а вы... вы непременно хотите возбудить во мне желчь даже и в этот хороший миг!
Тидеман медленно покачал головой, а затем, положив руку на плечо Стеена, сказал:
- Вы странный человек! Какой же отец не слышит с радостью добрые вести о сыне! Тучки набегают иногда во всякой семейной жизни. Так оно и должно быть; а то мы бы избаловались солнцем вечного, немеркнущего счастья. Но буря должна миновать, и небо должно опять проясниться. А вы все еще держите грозу в сердце, и даже голос ваш напоминает раскаты отдаленного грома.
Госвин Стеен хотел что-то возразить, но гость продолжал:
- Нет, нет, старый друг, вы должны подчиниться великой заповеди всепрощающей любви; вспомните: "Остави нам долги наши, якоже и мы оставляем должникам нашим!" Смотрите, я еще раз сегодня же возвращусь к этому предмету разговора, а теперь готов поступить по вашему желанию и перейти к другому.