- А почему бы это?
- Ах! - с досадой сказал Ганнеке, почесывая за ухом. - Вышла тут одна история... Я, право, и сам не знаю, как это случилось... Мало ли там что злые языки болтают...
- А скажите, пожалуйста, могу ли я сегодня еще переговорить с господином Госвином Стееном? - спросил иноземец после некоторого молчания.
- О да, я полагаю, - сказал Ганнеке. - Сельдяные суда уже нагружены. Не хотите ли, чтобы я свел вас в нашу витту?
Иноземец охотно согласился на это предложение и направился вслед за старым рыбаком.
Ганзейские купцы бывали замечательно невзыскательны в своих житейских потребностях. В этом можно было убедиться и по убранству той маленькой комнатки, в которой жил Госвин Стеен на любекской витте. Жесткая койка, стул да рабочий стол составляли всю мебель в комнатке. Хозяин был занят вычислением прибылей, которые должен был ему принести улов сельдей за нынешний год, когда его занятия были прерваны приходом Ганнеке и другого, не известного ему лица, в котором Госвин тотчас признал странного незнакомца. Несмотря на то что лицо незнакомца теперь не носило на себе ни малейшего признака враждебности, Госвин все же почувствовал в душе своей при входе его нечто вроде внутреннего трепета или замирания сердца.
- Что вам угодно? - спросил его Стеен очень неприветливо.
- Извините, господин Стеен, - вступился Ганнеке, - этот господин желает с вами переговорить, так вот я его сюда и привел, потому, как вы знаете, никакой иноземец не имеет права входа в наши витты.
- Чего же вам от меня нужно? - переспросил Стеен тем же сухим тоном у незнакомца.
- Мне нужно бы с вами сладить небольшое дельце, - очень вкрадчиво заговорил незнакомец.