- Я вовсе не хотел вас прогневать, - сказал бюргермейстер. - В качестве вашего сотоварища по ратуше и собрата по нашим отношениям к Ганзе я полагаю, что мы с вами довольно близки и я имею право высказать вам мое мнение. Извините меня, если я во всем этом ошибся.
И затем Виттенборг очень ловко перевел разговор на политику, которая, конечно, была самым жгучим вопросом времени.
- Все бюргермейстеры приморских городов, - сообщил Виттенборг, - съезжались в Грейфсвальде. Представителем нашего города был мой младший сотоварищ Бруно фон Варендорп. Прежде всего решено запретить всякий вывоз товаров в Данию и на Шонен под страхом лишения жизни и имущества. Сверх того, хотят хлопотать о заключении союза с Швецией и Норвегией.
- Это для меня новость! - сказал Госвин Стеен.
- Если бы вы пожаловали к нам во вчерашнее заседание совета, то вам бы это было известно, - возразил Виттенборг. - К сожалению, вы в последнее время вообще стали редким гостем на наших заседаниях, и ваше отсутствие вдвойне ощутительно, так как гибель нашей Бойской флотилии все еще кипятит многих.
Госвин Стеен изо всей силы ударил кулаком о стол.
- Да разве же я не сделал уже в этом деле гораздо более, нежели было нужно сделать! - гневно воскликнул он. - Разве господа члены городского совета не вознаграждены мной за все понесенные ими убытки, и все вместе, и каждый порознь? Или это благодарность мне за то, что я делал сверх сил своих?
- На то была ваша добрая воля, - сказал бюргермейстер. - Вы, вероятно, по свойственной вам добросовестности и честности, почувствовали, что вам следует принести эту жертву.
- Ну, так чего же еще от меня требуют? - вскипел опять Стеен.
- Вы сегодня слишком раздражены, - возразил Виттенборг, покачивая головой, - сегодня никакое спокойное соглашение с вами не оказывается возможным. Я только одно могу вам сказать: вам бы следовало опять аккуратно посещать заседания совета, чтобы самому лично отражать всякие мелочные нападки. Если вы от них сами станете отбиваться, то они разлетятся прахом - и только; а в противном случае из этих мелочей может вырасти такая гора, что ее и сдвинуть будет трудно, даже человеку вашего ума и силы воли. Честь имею кланяться, господин Стеен, это я все вам на пользу говорю.