- Царь мой небесный, - жалобно проговорила мать, - что же это творится на свете? Ярость во взорах - и потом слезы, жесткие, грубые речи - и такие трогательные слова...
- Что же удивляет вас? Гнев разрывает мое сердце, и я все же не могу без слез помыслить о том, что у меня нет более отца.
- Да скажи, по крайней мере, что произошло между тобой и отцом? - допрашивала мать. - Расскажи нам все, чтобы мы могли как-нибудь вас с отцом примирить!
- Никакое примирение между нами невозможно!
- Как? Почему же? - воскликнули почти одновременно и мать и дочь.
- Потому что мне оно противно! - горячо воскликнул Реймар. - Потому что здесь у меня земля под ногами горит, потому что я должен стереть в своем сердце всякое воспоминание об этом доме, чтобы мне опять жизнь показалось мила, потому что...
- Остановись, - сказала мать, - не бери греха на душу перед Богом и перед отцом своим!
- Перед отцом! - с горькой усмешкой произнес Реймар. - Но зачем мы станем понапрасну тратить слова: мое решение принято твердо и бесповоротно... Иду по белу свету искать того, который...
Он не кончил фразы, но поднял правую руку, как бы произнося какую-то страшную клятву, которую неслышно шептали его уста.
- Так скажи же нам, пожалуйста, почему это между тобой и отцом твоим не может произойти примирения? - продолжала допрашивать сына фрау Мехтильда.